Твари Врага
Авторы - Альвдис (Тилион), Тэсса (Мелькор, твари Мелькора), Ноло (Тевильдо, Ирмо), Нэле (Ариэн), Рина (Эстэ).
Север был севером.
Кости Арды, еще не прикрытые землей, скупо освещались далеким
светом Светилен. Тишина, нарушаемая лишь редкими вздохами гор,
гасила шаги.
Айнур редко заходили так далеко - пока дел хватало и поближе к
Альмарену - но сейчас тьму еще нетронутых земель прорезал луч
сияющей силы творения, и Тилион, не в силах оставаться в неведении,
свернул с пути.
Перевалив через острую грань северного хребта, майа замер: его
взору открылась зеленая долина, переливавшаяся в далеком свете
тысячами огоньков. Трава, ковром покрывшая ущелье, с высотой
становилась все реже, лишь подчеркивая несглаженные клыки гор.
Мелкие цветы, крохотными звездочками сверкавшие на дне долины,
почти скрывали ее. Посреди этой звездной заводи Тилион увидел
маленькую фигурку - сотворенный облик одной из многих Айнур. Но
сияние этой силы он узнал сразу.
Сияние... облеченная плотью или нет, Ариэн была для него светом. И
еще, может быть - теплом. Рядом с ней хотелось... нет, ничего этакого,
на что Тилион был большой выдумщик, с ней рядом не хотелось
учинять - а вот просто: быть рядом, спокойно сидеть и чувствовать
волны этого теплого света.
Майа хмыкнул. Спокойно сидеть! - вот ведь мысли в голову лезут.
Странные.
...Но ведь она такая... такая... - он не мог подобрать слов.
Стоп. А _какая_ она сейчас? Он же еще не видел ее воплощенного
облика! Надо посмотреть!
И Тилион, приняв обличье огромного пса, прыжками помчался по
склону.
Прямо перед носом Тилиона что-то ярко вспыхнуло: это распустился
еще один цветок.
"Тилион! - теплый луч тронул его. - Здравствуй."
Майа не ожидал этого, он с трудом попытался остановиться на
полном бегу, проехался еще несколько локтей по склону и, оторопев,
с размаху сел.
- Только не помни мне цветы, - весело раздалось снизу. - Только-только
начало получаться.
""Не помни цветы!" - возмущенно подумал Тилион. - Сама под
нос сует цветок, а я ж еще и "не помни"!".
Он возмущенно гавкнул.
Цветок тем временем обвился вокруг лапы Тилиона и достаточно
быстро пополз наверх, по дороге выбрасывая все новые и новые
соцветия.
- Тилион? - спросили снизу. - Где ты? Спускайся, я сейчас, я почти
закончила.
Майа-пес с сомнением посмотрел на свою лапу, обвитую цветком. Тут
не то что спуститься, тут и облик не сменишь - а вдруг с цветами что
случится? Они ведь такие хрупкие... и такие теплые...
- Вот и все, - раздалось почти рядом. - Тилион...
Девушка стояла на склоне всего на локоть ниже его. Среди темноты
севера ее облик казался слишком ярким и теплым, слишком хрупким и
слабым. Какой бы она ни была на самом деле.
Пес с жалобным выражением на морде приподнял ей свою лапу: сними,
дескать, я ж сам не могу...
- Понятно, - серьезно кивнула Ариэн и, ловко распутав гибкий
стебель, опустила его на землю.
- Какой ты пушистый!..
Он с довольным выражением ткнулся носом ей в подол. Прежней
досады как не бывало.
"Тебе нравится мой облик?" - мысленно обратился он к ней. В
глазах сиял щенячий восторг.
Ариэн тепло улыбнулась и вдруг почесала его за ухом - ну совсем
как любого из сотворенный Йаванной келвар.
- Тебе очень подходит. А мне?
Ответом ей была самая светлая, самая восторженная улыбка, на
которую Тилион был способен.
- А еще можно так... - Ариэн вдруг исчезла. То есть она оставалась
здесь, в долине, но воплощенный ее облик растаял, оставив Тилиону
лишь крохотное золотистое пятнышко света. След от луча, которого
не было.
"Ах так?! - Тилион был не способен долго оставаться серьезным. -
Убегаешь? А я еще вот так могу!"
Пес упал на землю и вскочил уже русоволосым парнем в серебристо-серой
одежде. Он стал ловить руками это пятнышко - точнее, делать вид,
что ловит.
- Осторожно! - отчаянный крик мгновенно воплотившейся майэ
заставил Тилиона замереть на месте. - Ты же их раздавишь, -
добавила она тише, словно извиняясь за нечаянную вспышку. За
время их разговора весь склон, на котором стояли майар покрылся
цветами. Казалось, что тонкие струйки искрящихся звезд
водопадами света спускались с отвесных утесов, постепенно
превращаясь в ручьи. На дне долины они сливались в один
переливающийся поток, конец которого терялся в темноте.
Тилион закусил губу - несмотря на то, что его облик был подобен
будущему облику Детей, клыки остались собачьими.
"Ну почему она всегда заставляет меня чувствовать себя
неловким и неуклюжим?! То сломаю, это помну..."
Ариэн смущенно улыбнулась.
- Пойдем, сядем во-он там, повыше. Там нет цветов. Только ступай
сюда, - клочок земли, почему-то не занятый
цветами, - а теперь сюда, - каменная плита неправильной формы.
- Помоги мне.
Эта просьба прозвучала неожиданно и... нелепо, непривычно для
майар.
- Помочь? - удивился Тилион. - Чем же я тебе могу помочь?
- Помочь оказаться во-он на том уступчике. Мой облик не такой как
твой, и я не могу так прыгать. То есть могу конечно, - поправилась
майэ, - но это будет неправильно. Для него.
Ариэн замолчала, не зная как точнее можно выразить то, что она
чувствовала.
Тилион подхватил ее на руки, в несколько прыжков добрался до
скального выступа, поднял Ариэн почти над головой и посадил туда.
- Ммм… - раздалось сверху. – Может, стоило научиться летать?
- Зачем, если есть я?
- лукаво улыбнулся Тилион. Он ничуть не отказался бы еще раз взять
в руки тот теплый комочек света, каким была Ариэн.
Взгляд Ариэн вдруг
стал задумчивым:
- Тилион, а ты уверен, то есть... ты думаешь, что у Детей будут именно
такие зубы? Или ты видел что-то другое?
- Хм! - майа нарочно
прикусил губу верхним клыком. - Насчет Детей не знаю, а мне так
больше нравится.
Ариэн зябко повела
плечами.
- Похоже скорее не на Детей, а на тех... - и уж совсем тихо добавила, -
из-за Края Мира...
Майа снова хмыкнул,
на этот раз - рассерженно.
- На собак это похоже, - резко сказал он. - На больших и красивых
собак.
- Ну не злись. Пойми...
Если собака - это облик, в котором ты предстал передо мной, то они
прекрасны. Но ведь сейчас ты не собака, ты принял облик Детей, а мы
делали это не просто так, верно? Ведь мы же хотели, чтобы при
взгляде на нас страх не объял их, а что делаешь ты? Проснись они
сейчас, ты уверен, что увидев тебя они не бросились бы бежать в
ужасе?
Ариэн говорила тихо и ровно, останавливаясь и давая осмыслить
сказанное, не навязывая свое мнение, а лишь предлагая разделить
его.
Тилион нахмурился.
Больше всего ему хотелось ответить сейчас: я делаю так, как мне
нравится! Мой облик - и творю его, как хочу!!
Но... ведь тогда Ариэн... она не скажет резкого слова, но... он сам
после этого должен будет развернуться и уйти...
А этого ему совсем не хотелось!
Ариэн молчала. Она
ждала ответа. Она хотела понять...
Неловкое молчание
прервал громкий треск. Каменная плита чуть ниже по склону
дрогнула, словно от удара.
- Гости? - Вскинула
голову Ариэн. Не то, чтобы майэ не хотела никого видеть, но способ
появления пришельца радости у нее не вызывал. - Тилион, если этот
камень упадет, то от цветов и следа не останется! Ну на что это
похоже!
Быстро, но аккуратно переступая, она поспешила к подрагивающей
плите.
Плита треснула и
до половины вылезла из земли.
- Стой!
Тилион это крикнул то ли Ариэн, то ли тому, что выбиралось сейчас
из-под земли. Он уже слышал эту Музыку, эти отвратительные,
скрежещущие звуки - тогда, в Довременье.
Спустя мгновение Тилион понял, что мерзкий скрежет - не только в
Музыке. Это царапали камень огромные когти.
Плита с
оглушительным треском распалась на три части. Из образовавшейся
дыры высунулась голова, покрытая блестящей серой чешуей и
увенчанная острым прямым рогом не меньше четверти локтя длиной.
Клыки твари щелкнули совсем рядом с ногой Ариэн, маленькие черные
глазки уставились в лицо майэ. Мгновение, и по земле заскребли
мощные передние лапы чудовища, вооруженные длинными кривыми
когтями.
Ариэн застыла.
Появившееся создание было столь чуждым этому месту, что майэ
невольно задалась вопросом - уж не видение ли это?
"Стой!" - прозвучало рядом. Еще не осознав реальность
происходящего Ариэн обернулась на голос:
- Что это, Тилион?
Тилион не ответил.
Он ринулся смять, сокрушить, разодрать эту тварь, осмелившуюся
угрожать Ариэн. Облик, который так тщательно выбирал для себя
майа, оказался сейчас досадной помехой, и Тилион скинул его,
отбросил, как красивую, но бесполезную вещь, ударив тварь чистой
Силой.
"Нет!" -
готовый сорваться крик замер на губах. Мелодия сотворенной
долины сменилась дисгармонией, разрывающей само существо майэ.
Сил хватило лишь на то, чтобы укрыть оставшееся от ее творения,
защитив его от ярости сражающихся.
Существо отчаянно
завизжало, но вместо того, чтобы спрятаться обратно под землю,
задвигалось еще энергичнее и выбралось на поверхность,
разворотив склон. Вниз посыпались камни.
Тяжелый хвост с шипом на конце ударил по скале, высекая искры.
Незримый, лишенный
облика Тилион ударил эту тварь беспощадной волной гнева. Так пес
бросается на волка, так орел падает с неба, так неотвратим удар
копья, пущенного могучей рукой. Незримой молнией ринулся Тилион -
сквозь диссонанс - в самое средоточие той отвратительной силы,
что была воплощена в теле уродливого монстра.
Тварь взвыла,
дернулась, из уродливых ноздрей потекла темная кровь. Но вместо
того, чтобы обратиться в бегство, существо кинулось на того
противника, который был для нее досягаем. На Ариэн.
Острые зубы впились девушке в плечо. Чудовище поднялось на мощных
задних лапах, с легкостью оторвав от земли свою жертву. Из уголка
пасти побежала алая струйка.
Ариэн изо всех сил
пыталась удержать расползающийся образ. Несколько раз случалось,
что расшалившиеся кельвар ломали цветы, созданные ею. Но то было
случайностью, а это...
Со стороны могло
показаться, что над тварью клубится серый смерч. Майа Охотника,
тот, чьей музыкой было уничтожение этих, тогда только предпетых,
чудищ, сейчас бил чистой силой. Музыка - против музыки воплощенной.
Тело твари пронзила нестерпимая боль.
Челюсти твари
разжались с хлюпающим звуком, и Ариэн полетела на камни. Тварь
зашаталась и тяжело грохнулась рядом, едва не придавив девушку.
Лапы издыхающего чудовища судорожно заскребли по земле, шипастый
хвост ударил в ладони от головы майэ - по скале побежали трещины.
Из ямы в земле, между тем, выхлестнулось несколько блестящих ярко-лиловых
щупалец, которые принялись энергично шарить вокруг.
Тилион
почувствовал, что с Ариэн всё в порядке... не совсем, конечно, но
сейчас ей опасность не грозит.
Сбросивший облик майа не мог видеть, но тем сильнее он ощущал
иссиня-лиловую силу, мерзкую, вонзающуюся в цельную и гармоничную
Музыку долины, сотворенной Ариэн... и теперь разодранной не
столько когтями этой твари, сколько ее чудовищной природой.
И вот это изрыгалось из недр на них.
Весельчак-майа сам не подозревал, что он способен испытывать
такую злость.
Он принялся бить, бить, бить своей Силой в этот лиловый сгусток разрушения.
Из ямы донеслись
булькающие звуки, словно обладатель щупалец захлебывался.
Лиловые змеи еще немного подергались и затихли.
Зато сверху раздался свист, словно что-то большое стремительно
падало прямо на майар.
Тилион
почувствовал нового врага. Сбросивший облик, он не мог видеть
его - но это было и не нужно.
Это было существо, сотворенное Отступником, чтобы лишать облика
их, майар.
Но тому, кто сбросил облик как лишнюю ношу, не грозил... Тилион не
знал, не имел возможность, чем именно Враг снабдил эту тварь и
каким ядом, когтями, зубами он вооружил чудище.
Весельчак и балагур, Тилион впервые осознал азарт боя.
Он ударил тварь своей силой, чтобы то, что держит чудище в
воздухе, перестало двигаться. Чтобы нельзя было пошевелить
зубами. Чтобы... Тилион не разбирался, да и не хотел:
"Чтобы ты не мог пошевелиться, Вражье создание!"
Тварь грохнулась
на землю, беспомощно раскинув огромные крылья. На землю - и на
Ариэн. Из двух пастей существа обильно текла бурая кровь. Гибкий
хвост несколько раз хлестнул по земле и затих.
Зато снова дрогнули лиловые щупальца - и поползли назад в яму,
словно кто-то тащил мертвое чудовище вниз. Из провала отчетливо
донеслось чавканье.
А по склону уже деловито спешили новые твари. Ростом по пояс
Тилиону, если бы он был воплощен. Шестиногие. Покрытые блестящим
черным панцирем. И снабженные внушительными челюстями.
Тилион ощутил
слабый, на пределе ощущений, всхлип Ариэн. Тело крылатой твари
прорезал золотой луч, и майэ оказалась рядом с охотником. В ее
мелодии переплетались отчаяние, недоумение и страх...
Тилион,
почувствовав радость победы, уже не мог остановиться. Разумнее
было бы бежать, унести Ариэн из этого места, где от созданной ею
красоты ничего не осталось, - унести, утешить, успокоить... но
Тилион сейчас был неспособен остановиться!
Он не знал этого в себе - не знал торжества победы, не знал
доселе гневной радости при виде поверженного врага; еще совсем
недавно вид распластанных на землей чудищ заставил бы его
содрогнуться, - недавно, но не сейчас!
Тилион пробовал свою Силу, как осваивают новое оружие.
Только оружием был он сам.
Обездвижить. Лишить возможности шевелиться. И сколько тварей -
неважно. Считать их, что ли?!
Вдруг мелодию боя
прорезала тонкая, щемящая нота:
"Что вы сделали, что вы сделали..."
Ариэн?! Ей... ей
больно... больно видеть это.
Тилион метнулся к ней. Серебряный вихрь обхватил золотистый
сгусток света, поднял, повлек вверх.
"Ариэн, прости. _Там_ уже ничего не поделаешь. Они там всюду,
Ариэн. Я их чувствовал. Под землей, за облаками... везде. Мы не в
силах спасти твою долину, Ариэн. Она была прекрасна... но я не могу...".
Ариэн молчала. Она
отдала долине часть себя.
Этой части больше нет. И долины - нет.
"Ариэн, я
уничтожу их! Я уничтожу их всех! Я... я теперь знаю, что _могу
уничтожать_, и я их всех _обездвижу_! Вот только сначала тебя
отнесу... туда, где тебе будет хорошо.
Куда мне отнести тебя, мой золотой лучик, мой комочек пушистого
света, моя капелька сияющей радости, моя гордая повелительница,
мой беспомощный звереныш, Свет мой, Песнь моя..."
Спрятавшись от
боли и страха, закрывшись от всего мира Ариэн не слышала его.
" Не слышит. Не
может слышать меня - слишком велик ее ужас.
Я... я отомщу им. Не им даже - ему. Тому, кто этих тварей
создал!
Отомщу за растоптанные цветы моего Золотого Лучика!"
* * *
"Как же это?! Что
же это? Как это могло случиться? Что это было?!"
Тилион несся на юг. Югом было сейчас всё, что - не север. Не это
страшное место, где ему пришлось... как назвать то, что ему
пришлось совершать?
Он уничтожал тварей. Это было правильно.
Он защищал - он защитил - Ариэн. И это тоже правильно.
Что же не так?
Только одно: ему понравилось уничтожать эти чудовища. В нем
проснулось нечто... этого он не знал раньше.
Теперь уже не нужна эта игра с клыками - так забавлявшая его
совсем недавно. Теперь он знает суть, игра с формой - в прошлом.
Серебряный вихрь, охвативший золотистый огонек, мчался на юг. Ему
хотелось поговорить... с кем угодно, лишь бы выговориться.
Выплеснуть из себя пережитое.
Тевильдо мчался.
Куда - он не знал и сам. Главное - лететь, а куда именно - не суть
важно!
И что кому за дело, что сейчас майа ветром мчится на север?
И вдруг мимо пронесся вихрь.
Знакомый, как и все в этом юном мире...
Тилион.
Даже не поздоровался, надо же. Да и заметил ли?
о: Тилион, куда ты так торопишься? Да погоди же...
Север никуда не денется. А вот Тилион - может...
Услышав прикосновение другой воли, Тилион,
пронесшийся было мимо, кинулся назад, перевернувшись.
Ветер сплелся с вихрем - как два дерева кроной, как два вьюна
стеблями.
Тевильдо... Добрый, ласковый... Спасибо.
Ветер-Тевильдо
несколько ошарашенно поинтересовался:
За что?
За... за...
Тилион заколебался: ему так хотелось выговориться - но давать
милому доброму Тевильдо узнать про тех жутких тварей?! - нет,
нельзя. Это может узнать только Владыка. Надо торопиться к нему!
- Эй, Тилион, ты
странный какой-то стал. Благодаришь, а за что - неясно... Будто твоя
музыка решила ритм поменять, а какой выбрать - ещё не придумала...
Да куда ты мчишься-то? Что случилось?
- Тевильдо,
мелодия мира решила изменить ритм! Север теперь опасен! Нельзя
туда!
- Мелодия мира?
Что ты имеешь в виду?
Она ведь не одна...
Мелодия мира... надо же, какая новость...
Интересно, он-то как об этом узнал?
Вон какой взъерошенный - словно видел...
"Так... И что же ты видел, доблестный Тилион? Какую весть спешишь
доставить?"
Ветер обвил кольцами вихрь. Не собираясь выпускать его на свободу.
И одновременно - обнял Младшего духа, который явно нуждался в
сочувствии...
Сочувствие,
поддержка, которое только что было так нужно Тилиону, сейчас
испугало его: ему хватило Ариэн, оказавшейся беспомощной перед
этими чудищами. Но тогда на ее счастье рядом оказался он.
- Тевильдо, на север нельзя! Одному нельзя...
- Ну хорошо, не
полечу я на Север...
Только скажи - почему?
- Не спрашивай! Об
этом надо известить Владыку. И Ариэн - ее надо исцелить от
прикосновения того ужаса. Я спешу, Тевильдо! Если хочешь - летим
вместе.
- О чем ты
говоришь? Какой может быть ужас, хоть и на Севере?
Или... ты думаешь... неужели ОН вернулся?
Тилион, я не верю в это.
Если хочешь - лети к Владыке.
А я полечу туда, куда намеревался.
Ветер решительно расплел ласковые кольца и рванулся в нужном
направлении...
"Узнаю там, что именно видел Тилион.
И предупрежу Мелькора.
Надеюсь, я успею раньше Вихря...
Как бы я хотел научиться перемещаться мгновенно!
Хотя бы к тем, кто мне дорог..."
- Тевильдо,
постой!
Тилион был готов рвануть за ним - но Ариэн... Он должен помочь
слабейшей. А Тевильдо... он предупрежден. Если ему хочется лезть в
тот ужас - его воля.
Тилион ринулся на юг.
Вихрь скрылся из
виду.
А ветер звал.
Звал, не переставая...
- Мелькор! Мелькор! Ну отзовись же! Беда!!!
Ответ пришел не
сразу - то ли внимание Старшего было занято чем-то другим, то ли
Мелькор не слишком стремился обнаружить свое присутствие.
- Что случилось, майа?
Издалека. С севера.
Настороженным было осанвэ Мелькора. Недоверчивым.
- Тилион видел
что-то на Севере! - отчаянно.- Он собирается сообщить об этом
Оромэ!
- Как ты узнал,
где искать меня? - все еще недоверчиво.
- Я не искал. Я
просто очень хотел найти...
- Откуда ты узнал
о моем возвращении? -
настойчиво. И ближе. Заметно ближе.
- Мне Тхориэн
сказала... Да какая разница? Тилион полетел к Оромэ. По-моему, он
видел тебя на Севере. Ну, или не совсем тебя, а следы твоего
присутствия...
Тевильдо начинал сердиться. Нужно было действовать поскорее...
Какое непривычное чувство для величественной Арды - спешка!
Некоторое время
ответа не было. А потом Тевильдо услышал Музыку, которая давно уже
не звучала в Арде. А если и звучала, то так тихо, что почти никто из
Поющих не подозревал, что она вернулась. До недавнего времени.
Добравшись до майа, Мелькор принял облик, подобный Детям. Разве
что роста был необычно высокого даже по меркам Поющих - верхушки
сосен едва доставали ему до плеча. Да еще глаза пылали такой
яростью, какой Тевильдо не доводилось видеть ни у кого из Стихий.
- Р-рассказывай,- голос Старшего прозвучал раскатом грома.- Что
видел Тилион? Когда видел? Что он намерен сообщить Оромэ?
Тевильдо подумал -
и воплотился.
В кота, разумеется.
- Я не знаю точно, что он видел. Знаю, что произошло это только что.
Он лишь сообщил, что Север опасен, что одному туда нельзя. Что
мелодия мира решила изменить ритм - так, кажется. С ним была майэ
Ариэн... только я ее даже не почувствовал.
"Ужас" - так он сказал. Он собрался известить Владыку. То есть
Оромэ. Всё.
Тевильдо не чувствовал страха. Только впитывал в себя знакомую
Музыку. Которая наконец-то вернулась в мир.
Мелькор
внимательно осмотрелся. Вслушался в Музыку. Убедился, что биться
прямо сейчас ему не придется. И скинул устрашающее свое обличье -
чтобы почти сразу же воплотиться снова.
Без яростного огня в глазах. И роста нормального для большинства
Поющих, хотя и высокого.
- Спасибо, - Мелькор неожиданно мягко улыбнулся Коту. - Какое имя
принял ты в Арде?
И тут же спел прежнее - внемировое - имя майа. Спел просто для того,
чтобы показать, что помнит того, кто подхватил его Тему. Помнит и
благодарен.
- Тевильдо, - кот
прищурил глаза и внимательно осмотрел новый облик Валы.
Этот Мелькор ему нравился куда больше того, который, как
казалось, очень хотел достать небо макушкой.
Кот невольно подумал, что Оромэ обликом вряд ли напугаешь... Но
благоразумно оставил эту мысль при себе.
Мелькор уселся на
землю рядом с Котом. Некоторое время молча вслушивался в мелодии
мира, потом покачал головой.
- Ничего. Что же могло напугать его так? Я ведь был осторожен.
Вгляделся в золотые глаза:
- Скажи, Тевильдо, а кто еще, кроме тебя и Тхориэн, готов принять
мою Тему?
Кот явно смутился.
Даже глаза прикрыл.
- Я не знаю... Я не так смел, как Тхориэн... Значит, ты не видел
Тилиона? - внезапно сменил тему Кот.
"Значит, это
Тхориэн говорила с тобой. И скорее всего, не только с тобой. Что ж,
я знал, что на нее можно положиться. Жаль, нет уже времени выяснять,
как у нее дела".
- Нет, не видел. С кем ты поешь сейчас?
- Иногда с Йаванной,
иногда с Манвэ... А чаще всего - сам по себе. Мне, в общем-то, все
равно, с кем петь, - сказал Тевильдо.
Если это не ты... - добавили желтые глаза. Только глаза.
Мелькор понял.
Улыбнулся не без самодовольства: действительно, какой интерес
петь с Манвэ? Или с Йаванной?
- Тебе лучше вернуться в Альмарен. И вести себя, как обычно. До тех
пор, пока на траве не выпадет иней. Тогда вам с Тхориэн и всем, кто
выберет петь со мной, лучше поторопиться на Север. Когда я начну
выяснять отношения со Старшими, на Арде останется лишь одно
относительно безопасное для вас место.
- Надеюсь, я смог
помочь тебе, - несколько церемонно ответил кот и слегка
поклонился.
- Ты мне серьезно
помог,- Мелькор протянул руку и погладил Кота за ухом кончиками
пальцев. Не столько погладил, сколько обозначил: неизвестно,
нравится ли этому майа подобное обращение. - Если бы не ты, я не
успел бы подготовиться. Когда все закончится, я буду рад снова
видеть тебя на Севере, Тевильдо. Очень рад. Только будь осторожен.
"Я всегда
осторожен", - ответил Тевильдо.
А Кот в Тевильдо - требовал.
Требовал, чтобы его погладили. И не так - а по-настоящему.
И надо-то ведь немного... Чуть податься вперед - навстречу руке...
Выгнуть спинку... И замурлыкать.
Что и было проделано. Тотчас.
"Насколько же
его облик соответствует Мелодии!" - восхитился Темный Вала,
почесывая Кота то за ушами, то под подбородком.
Мех у Тевильдо оказался исключительно приятным на ощупь. Мелькор,
когда осваивал телесный облик, некоторое время посвятил осязанию,
касаясь на пробу древесной коры и поверхности воды, скал и снега.
Опыты, правда, продолжались не долго: Восставшему было некогда. В
принципах разобрался - и ладно.
- Лети в Альмарен,- Мелькор легко поднялся и провел напоследок
ладонью по пушистой спине. - Спасибо тебе.
Желтые глаза
просияли в ответ... И нет их. И кота нет. Лишь остался в воздухе
серебристый смерч.
Но и он вскоре исчез.
Мелькор с
сожалением посмотрел ему вслед: очень уж созвучна оказалась
Мелодия Тевильдо Музыке Восставшего.
Но очень скоро взгляд его стал суровым и сосредоточенным:
старейший из Айнур готовился взять себе власть над Ардой. И знал,
что это не будет легко.
* * *
Альмарен, берег
озера. Опушка леса, заросшая цветущими травами. Тихая спокойная
Музыка.
Эстэ задумчиво вслушивалась в звучание нового цветка – его
мелодия успокаивала фэа и навевала спокойный сон. Светло-розовый
венчик из шести крупных лепестков – и сиреневая пыльца
сердцевины. Пригодится Детям, когда они проснутся. Дом
приготовлен почти полностью.
Забот стало гораздо меньше – давно никто из младших духов не
приходил к ней с чем-то серьезным. С мелкими повреждениями фана
все Поющие научились разбираться сами. Эстэ улыбнулась: забот
меньше стало у всех, видимо. А в прежнее время, когда майар только
начали воплощаться в подобия тел Предпетых, всякое случалось.
Конечно, и теперь хватает тех, кто приходит к ней и к Ирмо за
советом, в поисках утешения из-за творческих неудач или
неуверенности в выборе Старших Стихий, у которых хотел бы учиться.
Но всё реже и реже. В сиянии Светильников нет места
разочарованиям. Все счастливы и довольны.
Те же, кто устает, приходят сюда, чтобы вдохнуть запах целебных
трав и полюбоваться искусством ее супруга.
Музыку тишины и
покоя разорвал пронзительный аккорд.
Боль. Гнев. Тревога.
Серебряным ветром с небес ринулся невоплощенный майа.
- Тилион? - нежно-сиреневая
волна успокоения обволакивает серебряный ветер. Безуспешно.
- Что случилось? - и в этот миг Эстэ слышит мелодию Ариэн -
слишком тихую и искаженную страхом и болью. Едва слышит.
- Ариэн, отзовись! - нет ответа. Майэ замкнулась и отгородилась
от мира. Она не может воплотиться вновь - сейчас.
Зов супругу уходит незамедлительно: без Ирмо ей не исцелить майэ
Ваны.
И вокруг сгустился
серебристый туман.
"Ариэн..."
Вала Грез в незримом пытается удержать рвущийся неведомо куда - прочь
из Арды - комочек пламени. Ему с трудом удается оплести своей
музыкой лучи мелодии Ариэн - мелодии, которая почти перестала
быть таковой. Порванные связи души.
Лориэн вспоминает, какой она была раньше...
Нужно восстановить все. До последней ноты. Иначе - Ариэн
перестанет быть собой. Но сначала...
о-Тилиону: Где? Что?
Требовательно.
Почти грозно.
Что могло так... изуродовать Младшую Айнур?
В серебристом
тумане Ирмо мечется вихрь-Тилион. И - словно мальчишка, недавно
храбрый, но сейчас - просто перепуганный мальчишка - сбивчиво
рассказывает:
Север. Рвется плоть земли. Твари лезут наружу, круша и кроша всё.
Отвратительная Музыка. Рвущийся сущность Диссонанс.
И еще одна мысль. Призыв. Мольба.
- Ведь вы поможете ей, моему лучику, правда?! Ведь вы сможете ей
помочь?!
- Думай о ней,
Тилион. думай о том, какая она. Как смотрит, как слушает... Мне нужна
каждая нота.
Ирмо хотел было спросить, предупредил ли Тилион Оромэ, но тут же
понял, что Тилион не настолько потрясен случившимся, как кажется
ему самому. Валар предупреждены. А в борьбе Лориэн не силен. не его
это тема в Хоре.
Он мимоходом метнул в Тилиона мелодию - словно за вихор потрепал.
И в то же мгновение комочек-Ариэн перестал беспорядочно
трепыхаться и замер.
- Все будет хорошо, Тилион. Не волнуйся...
Сплести порванные нити... Не в новый узор - в такой, какой был.
Найти недостающую ноту...
Теперь
Целительница слышала мелодию Ариэн, но звуки обиды и
разочарования заглушали в майэ желание воплотиться.
Отбросив собственную тревогу, Эстэ укутывала фэа девушки теплым
облаком утешения:
- Всё хорошо, Ариэн. Всё прошло. Ты дома, в Альмарене. Успокойся,
мы любим тебя. Ты сильная, твой свет радует всех Поющих. Растущим и
живущим нужна твоя забота, твоя щедрость и доброта.
Ни одна мелодия не остается неуслышанной в Хоре. Всё, что
происходит, становится Памятью. Не может быть забытых нот в
Музыке Поющих, и спутанный поблекший узор на гобелене встревожил
Вайрэ. Валиэ перенеслась туда, где в переплетение нитей Мира
пыталось вкрасться забвение. На Поляну Эстэ.
Вайрэ не стала воплощаться. Просто перед внутренним взором Ариэн
возникло отражение ее души: уверенные ноты в общем Хоре Айнур в
Чертогах Отца. Счастье созидания Мира. Поляна, полная
распускающихся цветов. Щедрое тепло. Друзья. Радость обретения
облика. Светлое пламя, творящее юную жизнь. Яркий рыжий лучик,
свертывающийся в комочек, чтобы прокатиться по угловатой радуге.
Беспечные шалости на Празднике. Сила Светлого Огня, нежно
хранимая, не обжигающая, но творящая.
- Ты можешь вспомнить себя. Вспоминай. Так было. Так должно быть.
Так - есть.
Она по-прежнему
рвалась прочь из сетей его Музыки. Но рвалась уже не просто
комочком рассыпавшихся нот.
"Ариэн..."
- Ариэн,
остановись, успокойся! То, что испугало тебя, то, что рассердило, -
не повторится более. Отчего ты не воплощаешься? В сердце
Альмарена тебе ничто не грозит.
Эстэ слышала тревожный зов Оромэ, но в этот миг не могла оставить
ученицу Ваны, чтобы участвовать в Совете. Мелодия Ариэн стала
цельной, но по-прежнему полнилась отголосками Диссонанса. Лишь
отголосками, - не нарушавшими основной мелодии. И желанием лететь
куда-то. Зачем? - Эстэ спрашивала, но девушка не отвечала.
- Она уже не стремится в Чертоги Отца, - ответила Вайрэ на мысль
Целительницы, - Младшая полна гнева, ибо твари Диссонанса
пытались разрушить ее творения. Она вспомнила всё.
И Владыка снов
наконец смог окутать Ариэн покрывалом хрустальных нот. Словно
обнял.
"Их больше нет. Этих тварей больше нет..."
А зов все настойчивее...
- Успокойся,
Ариэн, прими свой облик, не бойся, тварей больше нет, - Эстэ светло-розовой волной
пыталась приглушить бьющуюся тревогу Младшей.
- Да, ты сильная, да, ты отважная, но обожди - оставь Старшим
борьбу с Искажением, они уже знают, не сомневайся! - Она слышала
зов Манвэ, сзывавшего всех на Совет, но оставить Ариэн не могла.
Вместо привычного
золотого света, фэа Ариэн вспыхнула охрой и багрянцем.
- Они зовут. Идем. Я скажу. Они увидят... - в цвета пламени
вплелись черный и серый - угли и пепел, оставшиеся от долины.
- Они видели. Успокойся.
Вихрь-Тилион обвивает ее.
- Они уже знают. Охотник уже знает. Радость моя, огонек мой
дерзкий, тебе сейчас не надо никуда спешить. Отдохни, Ариэн,
наберись сил... Я здесь, я с тобой, я рядом - тебе ничто не грозит...
Тилион продолжал ее уговаривать, сам не слыша своих слов.
Говорить, говорить и говорить - бессвязные слова, лишь бы его
огонечек перестала терзаться.
Лишь бы уберечь ее от бед.
о-Тилиону: "Она
вне опасности - теперь... Ты сможешь довершить начатое. А нам нужно
спешить".
Зов Оромэ звучал все настойчивее.
И Ирмо знал, что это значит.
На мгновение встала завеса тумана - и исчезла.
![]() |
|