Лесные пастыри
Авторы – Рина (Фангорн), Альвдис (Рябина), Red 2 the Ranger (Румил), Тэсса Найри (Тинвэ, Фладриф, Рябина), Хельга (Гэлу), Ноло Торлуин (Бауглорн), Этсетера (Финглас), Ирис (Румил, Гэлу), Дайниэль (Гэлу)
Лес шумел, расступаясь перед ним, знакомые деревья
приветствовали его наклоном ветвей. Он останавливался, ощущал корнями вкус воды,
расспрашивая их.
Дождь напоил лес, и влажная рыхлая земля-под-корнями дает много соков
росткам. Листья блестят под звездами, воздух свежим будет. Мох сырой, маленьких
скользко-ровно-гладких-в-земле стало больше. Они землю едят - в земле вкуснее
вода.
Так дуб слушал неторопливую речь деревьев и кустов, понятную только ему и его
сородичам-древоходам.
Хр-м-м, ростки новые. Тесно в лесу будет скоро. надо бы поискать им новое
место. А кто следить будет, хм-м? Мы проснулись - нас... хр-р-рмм, хм...
Дуб остановился и задумался. Считать древоходы не умели, но он смутно ощущал,
что их должно стать больше. А как - не понимал.
Рябина стояла над небольшим озерком, покачивая ветвями.
Конечно, здесь слишком много той-что-нас-питает. Но теперь это не беда - ведь
я всегда могу уйти отсюда.
Только вот пока я уходить не хочу.
Оказывается, та-что-питает еще и - та-что-отражает-мой-облик!
Рябина так и этак поворачивалась, рассматривая свое отражение в воде. Когда по
озерному зеркальцу пробегал ветерок, энтица возмущенно взмахивала ветвями. Но
едва отражение снова становилось четким, она забывала обо всем, кроме своей
внешности.
Дуб долго стоял, но так ничего и не придумал. Но если не
придумывается в одиночку - значит, надо посоветоваться с собратьями.
Его корни глубоко зарылись в землю, ветви закачались и громко зашелестела листва
густой кроны. И зов полетел по лесу, приглашая всех древоходов поговорить:
Передвигайте корни не спеша, но торопитесь!
Я, Дуб Сильный, сзываю всех, кто ходит на корнях и пьет воду-что-поёт!
Пошелестим ветвями вместе! Пусть растут леса и множатся ростки!
Рябина в сомнении качнула ветвями: ей не слишком хотелось
отрываться от своего занятия. Тем более, что ягоды в одной из верхних гроздей
оказались недостаточно яркими, и это вызвало легкую досаду.
Но пошелестеть ветвями вместе с сородичами, посмотреть на других древоходов, а
главное - показать им себя... Пожалуй, это стоило того, чтобы прогуляться по
лесу.
Рябина еще немного посмотрела на себя в воду, расправляя листья, и направилась
туда, откуда пришел зов.
Она добралась до места довольно быстро - за это время едва успел бы проклюнуться
корешок из семени, упавшего в хорошую землю.
Дуб все еще был один, Рябина явилась первой. Она приветливо качнула ветвями и
встала так, чтобы как можно лучше были видны украшающие ее блестящие
ярко-оранжевые ягодки.
Румил сидел на таламе, глядя в небо. Помост был крохотный, едва
одному уместиться, и выстроен был на такой высоте, где прочные ветки уже
заканчивались. Зато с вершины дуба, одиноко растущего на макушке холма, хорошо
были видны и небо, и окрестные земли.
Звёзды неспешно двигались по небу, на краю обозримого пространства уходя за
линию гор. Небесный круг сдвинется, и звёзды края появятся снова. И можно будет
узнать, насколько далеко эти горы.
На сей раз планам Румила не суждено было сбыться. При полном безветрии дуб вдруг
встрепенулся, все его листья зарокотали и вытянулись в одну сторону. Талам
скрипнул, по нему прошла волна. Эльф едва удержался на своём наблюдательном
пункте. Дерево успокоилось, но шелест листьев не утихал. Он рождался внизу, в
гуще темнеющих крон. Перестук ветвей, скрип стволов, как при урагане, а ветра
всё равно нет.
Румил вслушался в шум леса. Шелест не был угрожающим. Зов? Ожидание? Радость?
Такое уже бывало раньше - когда приезжал Белый Всадник и когда квэнди
познакомились с деревьями-что-ходят.
И сейчас было видно, как далеко, на краю долины, уходящей в сторону озера,
что-то двигалось. Оно шло на север.
Эльф запомнил направление и быстро спустился на землю. Он давно хотел поговорить
с кем-то из древоходов. Хорошо бы сейчас представился такой случай.
- Айа! - окликнули его на краю селения.- Ты куда это, а?
Из-за пары молодых елочек показался Тинвэ с небольшой корзиной в руках.
- Я хотел бузины набрать,- сказал квендо.- Только все ближние деревья уже дали
мне ягод, сколько смогли, надо новые поискать. Цвет яркий получается и на ткани
держится хорошо. Девам нравится - еще такой краски просят.
- Девам? - Из кустов послышался многозначительный смешок, и к двоим квенди,
раздвинув густые ветви орешника, присоединился третий. - А я-то думал, для тебя,
Тинвэ, существует только одна дева.
Гэлу с самым невинным видом принялся чистить зеленый орех.
- На другом краю долины бузины уродилось видимо-невидимо. - Сообщил он, покончив
с ореховой кожурой. - Только там сейчас, кажется, бродячий хворост топчется.
Гэлу оказался на редкость злопамятным по отношению к энтам, один из которых в
свое время отвесил ему оплеуху.
Не-деревья тараторили прямо у ствола, и терпение Бауглорна быстро
кончилось.
Он следил за ними- следил давно. Он прикидывался глупым деревом, которое не
смогло стать энтом. Он терпел, когда эльфы построили на дереве рядом талан. Он
терпел, потому что от них было не очень много шуму. Но теперь они стали
невыносимыми.
Этим извращенным отросткам, лишенным листьев, не место в его лесу.
Ветвь огромного вяза со скрипом поднимается и, изогнувшись, хватает Гэлу поперек
талии, поднимая вверх.
- Мириэль... - Тинвэ запнулся.
Некоторое время молчал, пытаясь подобрать слова, чтобы описать, как много значит
для него мастерица, каким радостным и теплым становится мир, когда она улыбается
Тинвэ, и как холодно и пусто вокруг, когда Мириэль нет рядом.
Но все слова казались тусклыми и невыразительными, поэтому Тинвэ только смущенно
улыбнулся и развел руками.
- А других-то дев почему не порадовать? - спросил вместо этого. - Ой! Гэлу!
Тинвэ растерянно задрал голову. О древоходах он знал только со слов сородичей. О
том, как ожившие деревья нашли квэнди, возвращающихся с гор, и помогли добраться
до Озера. У самого Тинвэ остались о том случае лишь очень смутные воспоминания:
ветка рябины склоняется к его лицу, и он ловит губами яркие горьковатые ягоды.
Всю дорогу до дома раненый тогда проспал.
- Ай!
Земля стремительно удалялась из-под ног, жесткая коряга, неожиданно обвившаяся
вокруг талии, сбила дыхание. На какой-то миг стало страшно. Но только на миг.
Гэлу попытался восстановить хладнокровие. Он уже выяснил для себя, что в
окружающем мире все устроено с неким смыслом. Деревья определенно не едят
квенди, так что проку от него, Гэлу, этому ходячему хворосту вроде никакого. И
только страшные урргха отнимают жизнь ради забавы. Но ЭТОТ не звучит, как
урргха. Значит, пока бояться особо нечего.
- Спасибо, отсюда, с высоты, намного лучше видно озеро, – сообщил квендо
Бауглорну, раскачиваясь в древесной петле. – Но, если бы я не висел головой
вниз, было бы намного удобнее.
Не-дерево продолжало тараторить. Просто напасть какая-то!
Бауглорн решил не обращать внимание на досадливый треск. Аккуратно зацепив почти
засохший собственный лист, он перевернул отросток вверх кроной и попытался
посадить ему на макушку сообразное ходячему-в-этом-лесу украшение. Лист
зацепился за волосы, но не удержался и упал куда-то вниз.
"Может быть, дело в том, что у листа не осталось соков, чтобы прорасти?"
Драть собственную зелень не хотелось. Но пришлось.
На макушке квендо оказался целый пучок листьев. Результат был тот же.
Было забавно и щекотно. Пучок листьев, которым наградил его
оживший вяз, запутался в шевелюре, но на макушке надолго не удержался и сполз
куда-то почти на нос, раскачивался теперь прямо перед глазами.
- Эй, я не дева! – Замотав головой, запротестовал было Гэлу. И тут же сообразил
– словами делу не поможешь. Игру в слова придумали квенди, а этот другой
, наверняка, не понимает природу и смысл странных звуков, вылетающих изо рта
юноши. Попробовать осанвэ? Но ведь это дерево! Хотя Тингрэлл когда-то утверждал,
что нет.
На всякий случай Гэлу ухватился покрепче за обнимающую его ветку. И послал энту
осторожную картинку, где квендо раскачивается на самой вершине вяза. Выше,
дескать, хочу.
Надо же. Отросток явно считал, что он лист, и место ему - на
макушке.
Бауглорн на мгновение задумался, потом послал ответ.
Лист. Деревья. Лист. Деревья.
Гэлу. Дерево. Лист. Пустота.
Гэлу растерянно моргнул, пытаясь разгадать смысл полученного ответа. Дались вязу
эти листья! Зато ходячий хворост ему отвечает, по-настоящему отвечает, не так,
как откликается на осанвэ обычное дерево, или прибрежный камень, или журчащий в
траве ручей. Во всем вокруг есть мелодия жизни, и во всем вокруг она разная. У
хвороста почти такая же, как у квенди – сильная, уверенная, богатая. Но это,
разумеется, не повод втыкать ему в голову пучок листьев! Хорошенькая картинка
получается…
Эльф попытался выстроить для энта свою цепочку.
Рыба – чешуя
Птица – оперение
Лисица – пушистая шерстка
Дерево – листья
Гэлу – листья?
И отрицательно замотал головой – не подходит!
Птица - в небе
Рыба - в воде
Лисица - в лесу
Картинки показывать не умеет.
Энт - умеет.
Отросток - умеет.
Лисица - с шерстью.
Гэлу - в листьях.
Квендо озадаченно потер лоб.
Хорошо, зайдем с другой стороны.
дуб – листья
рябина – листья
орешник – листья…
Гэлу старательно перебрал в уме все знакомые ему деревья, потом принялся за
своих соотечественников, демонстрируя вязу длинную череду безлистных отростков.
Под конец дернул энта за ближайший дрожащий на ветру листок.
Живое? Больно?
Потом себя за спутанную каштановую прядь
Живое! Больно!
Однако энт никак не хотел согласиться с таким порядком вещей.
Энт выдирает эльфу волосы. Больно.
Среди волос вырастают зеленые листья на длинных черенках.
Хорошо.
Бауглорн находился в затруднении: пока прицепить ходячим отросткам листья не
получалось... Надо посоветоваться...
Ого! Вяз, который рос тут давным-давно, вдруг оказался одним из
ходячих-деревьев! Может быть, все деревья могут так сделать - стать более
живыми?
- Да-а, этак придёшь за бузиной, а кусты разбегутся, - протянул Румил, пытаясь
разглядеть, что там с Гэлу, исчезнувшим в густой кроне. Никакой беды пока не
ощущалось. На землю упали несколько листьев.
- Эй, Гэлу, ты с него там листья, что ли, обдираешь?
- Это он сам с себя! – озадаченно пожаловался Гэлу. – Странный.
Хочет, кажется, на моей макушке листья вырастить.
Квендо представил себя обросшим вместо волос свежими зелеными листиками и
невольно хихикнул.
– Зато, представляешь, он умеет говорить-без-слов, так же, как и мы.
Умеет говорить?
Тинвэ попробовал обратиться к дереву. Так же, как он обращался к яблоне, вишне
или орешнику, прося ли поделиться плодами, благодаря ли за щедрость или просто
делясь счастьем жить и любовью к миру.
У вяза было сознание. Странное, не такое, как у квэнди, но Тинвэ очень отчетливо
почувствовал его. И попробовал обратиться к древоходу:
Рябина. Красные ягоды.
Тинвэ гладит ствол рябины. Благодарность.
Тинвэ один. Идет в лес.
Рябина. Вопрос.
- Гэлу, ты спроси, как его зовут, - посоветовал Румил. - Начнёт своё имя рассказывать - некогда будет тебя листьями украшать.
Второй отросток - тоже без листьев, кстати, - тоже послал
картинку.
Рябина.
Видимо, хочет к той кокетке с яркими ягодами.
Бауглорн на мгновение задумался, а потом схватил двумя ветвями оставшихся на
земле эльфов и понес свою добычу к остальным. Проблему выращивания листьев явно
надо было решать совместно.
"Точно, древоход".
Хватка у дерева была жёсткая. Да оно ещё и двинулось с места. Всё вокруг
качалось, скрипели корни, шелестели ветки.
Румил нашарил босой ногой опору - глубокую трещину в коре - и ухватился за
ветку, которая его держала. На всякий случай. Он попробовал обратиться к дереву:
о:"Эй! Тот-кто-подобен-сразу-растущим-и-ходящим! Отпусти!
Других квэнди было отсюда не видно, и Румил даже не успел увидеть, поймало
дерево Тинвэ или ему удалось увернуться.
- Тинвэ! - позвал он громко. - Где ты? Гэлу, а ты? Куда нас тащат, а?
- Тут... я,- пропыхтел Тинвэ, которого дерево как-то исключительно неловко ухватило поперек живота.- По-моему, он несет... нас к рябине. Я только хотел дорогу... узнать,- виновато признался он, извиваясь всем телом, чтобы устроиться хоть немного удобнее.
- Здорово!
Гэлу должен был признать, что начинает получать удовольствие от происходящего.
Приключение, да еще какое.
Ходячее дерево шагало медленно, со скрипом, содрогаясь при каждом «шаге» от
корней до кроны. Мимо проплывал лес с высоты… ну, не птичьего полета,
разумеется, но обзор открывался хороший. Древоход ростом выдался повыше своих
укоренившихся сородичей. Эльф невольно пожалел, что рядом нет Тингрэлла. Тот
всегда мечтал научиться летать. Это, конечно, не полет, но ощущение необычное.
– Я тут, наверху, - отозвался он, отвечая на оклик Румила. И, не удержавшись,
съехидничал, глядя на страдающего от неудобной позы Тинвэ. – Повезло тебе,
любитель бузины. И нам за одно. Так бы пешком топали за рябиной, а теперь
прокатимся.
- Не видно ничего,- пожаловался Тинвэ, вцепившись в держащую его ветку и кое-как повернувшись боком.- Куда он идет-то, Гэлу?
Бауглорн неторопливо мерил огромными шагами подвластный ему лес.
Отростки все время шелестели и даже пытались показывать картинки. Впрочем,
Древоход не обращал на возню мелкоты никакого внимания...
Внезапно энт издал низкий звук, идущий, казалось, отовсюду.
Бауглорн решил дать остальным Древоходам время на размышление.
Волосы Гэлу. Листья падают. Вопрос.
Тинвэ. Яркие ягоды рябины. Стремление. Смех.
Вспомнив о Тинвэ, древоход небрежно закинул упрямый отросток на крону. То же
самое он проделал и с двумя другими. Держать эльфов самому древоходу явно
надоело.
Рябина сразу узнала тот отросток, который когда-то лежал на земле с пораненным стеблем. Так он ее родич? А раньше был не похож. Это следовало не торопясь обдумать.
Клен совсем уже было собрался двинуться на зов Дуба и даже
вытащил из земли один корень, как вдруг замер от изумления. Мимо необычайно
быстро шел еще один из Лесных Хозяев, неся тех отростков, которых древоходы
совсем недавно вызволяли из какой-то непонятной беды.
Клен коснулся сознания Вяза:
Отростки-похожие-на-древоходов-но-не-древоходы. Сломанные стебли, оборванные
листья. Тревога. Вопрос.
В ответ на Фладрифа обрушился целый поток мало связанных между
собой образов.
Отростки - прямые и довольные жизнью. Листья, падающие с головы Гэлу.
Возмущение. Гнев. Ощущение неправильности происходящего. Мечта - три отростка, у
которых на головах растут листья. Вопрос.
Клен задумался, опершись о землю свободным корнем и озадаченно
шевеля ветвями. И наконец ответил:
Радость. Спокойствие. Порядок. Грибы. Дерево и древоход рядом. Ходящий
отросток и гриб рядом.
В ответ донеслось нечто еще более маловразумительное.
Гриб, отросток, дерево. Гриб в шляпке. Отросток - в шерсти. Непорядок. Гэлу в
листьях. Хорошо. Листья падают. Плохо. Отросток - не грибы. ОТросток - древоход.
Или: отросток вкопан в землю по пояс. Гриб. Или так - или так. .
Бауглорн показался на поляне и спокойно протянул товарищу один из беспокойных
отростков, чтобы Фладриф мог разглядеть явное несовершенство получше.
- О!
Гэлу был явно не из тех, кому нравятся прыжки с дерева на дерево. Особенно если
это ходячие деревья. Он изо всех сил вцепился в Бауглорна.
– Осторожнее, уронишь!
Деревья с тихим шелестом расступились, и на облюбованную Дубом
поляну вышел ещё один древоход. Вообще-то зов застал Фингласа совсем рядом с
местом сбора, но приглашение следовало хорошенько обдумать... На это ушло
некоторое время. И когда Бук уже совсем было собрался отправляться, пришёл новый
образ. Отросток, который почему-то не хочет отращивать листья. И другой, похожий
на него, и тоже без листвы. Однако собственное уродство их, похоже, нимало не
волнует. Он даже считает себя столь же красивым, как и Рябина. Это было
удивительно и любопытно. Настолько, что Финглас даже не стал раздумывать
слишком долго.
Бауглорн, по всей видимости, нёс странные отростки сюда же, так что ещё
оставалось достаточно времени на размышления. Да, торопиться не стоило. В любом
случае.
Отросток в лапе что-то пискляво шелестел. Бауглорн не обратил на это обстоятельство никакого внимания. Другой ветвью энт не спеша нахлобучил на макушку эльфу пару листьев. Те, естественно, упали вниз, продемонстрировав суть затруднения.
Клен уцепил переданный ему отросток, повертел его так и этак,
разглядывая со всех сторон. Все правильно - именно той части, к которой Бауглорн
пытался прикрепить листья, полагалось быть сверху.
Клен снова мысленно обратился к собрату:
Удивление. Замешательство. Дуб - спокойный, уверенный, сильный. Вяз и Клен
идут к нему и несут отростки.
И, не дожидаясь Бауглорна, Фладриф зашагал вперед, крепко держа странного
маленького древохода, лишенного листьев.
Отростки? Те-кто-ходит-корнями-не-в-земле? Они засохли? Их
ветки сломаны?
Дуб очнулся от размышлений, покачал пышной зеленой кроной, со скрипом открылись
большие ярко-карие глаза, нижние ветви беспокойно зашелестели. Зачем собратья
несут на поляну тех-кто-живет-у-гладкой-воды?
Фангорн ждал ответа, а корни его прислушивались к тому, что говорят воды. Те
были спокойны, так что же меняется, хррррм?
Гэлу продолжал протестовать против подобного с собой обращения.
На этот раз он попытался быть настойчивым. Они забрались уже довольно далеко от
селения, к тому же теперь эти странные существа разделили его с товарищами.
Происходящее все меньше походило на развлечение.
Квендо послал Фладрифу возмущенное осанвэ. Слов, которыми так гордятся
те-которые-говорят, эти лесные жители, кажется, не понимают.
Дерево, приподнятое в воздух – корни беспомощно болтаются, не доставая до
земли. Недовольство.
Он забарабанил кулаком по крепко обнимающей его за талию древесной ветви.
– Отпусти!
Клен остановился. И бережно поставил маленького древохода корнями
на землю. Поразмыслил немного, передал показанный отростком образ Бауглорну.
А вот что значит тоненький скрип, который издал малыш? Может, это он так себя
называет?
Клен коснулся отростка одной из ветвей и тоже проскрипел:
- Отпмсти.
Гэлу аж на месте подпрыгнул от удивления. Скрип, которое издало
существо-дерево, определенно напоминал его же недавнюю просьбу. Повторяет? Надо
же. Говорящее дерево – это еще интереснее, чем просто ходячее.
Квендо старательно ударил себя ладонью в грудь.
– Гэлу. Гэ-лу.
Потом махнул рукой в сторону все еще болтающихся на ветвях Бауглорна спутников.
– Румил. И Тинвэ.
Бауглорн по-настоящему рассердился.
Фладриф, вместо того чтобы заняться решением проблемы, начал обмениваться
разнообразными скрипами с отростком. Форменный непорядок...
Энт осторожно протянул лапу и отобрал у сородича собеседника, подняв того
обратно на ветви. И сердито надвинулся на Фладрифа.
Гэлу в листьях Гэлу в листьях Гэлу в листьях...
Одна и та же картина вспыхивала и гасла в сознании Фладрифа - все быстрее и
быстрее.
Клен осуждающе покачал кроной, но спорить с собратом желания не
было. Он только что нашел куда более привлекательное занятие.
- Гэ-э-эл...- проскрипел клен.- Ру-у-уми. И-ити-инвэ-э.
- Айа! Да ведь он разговаривает! - потрясенно воскликнул Тинвэ.
Румил, который на тот момент как раз пытался высвободить ступню
из немилосердной хватки вяза, пропыхтел только "Ага". Потом отодвинул листья,
которые так и лезли в лицо, а какие не доставали - те хлопали по макушке.
- Он не разговаривает. Он повторяет звуки. Что Гэлу сказал, то и повторяет.
- Повторяет?
Тинвэ поерзал, устраиваясь поудобнее, насколько возможно.
- Айа! - закричал он снова, обращаясь к клену.- Я - Тинвэ!
Вцепившись одной рукой в ветку вяза, квэндо другой хлопнул себя по груди.
- Тинвэ - это я. А ты? - он показал рукой на клен.- Твое имя как?
- Тинвето-оя,- задумчиво проскрипел Клен, подходя ближе.-
Твомика-ак.
Изогнул одну из молодых веток, коснувшись ствола, а потом махнул ею в сторону
отростка.
- Вот видишь, - Румил наконец-то освободил ногу, и теперь, сидя на ветке, пытался вплести в волосы веточку с листьями. - Давай лучше думать, как нам освободиться. Пока они нас не начали в землю вкапывать.
Тинвэ мысленно потянулся к державшему их вязу:
Дерево осторожно опускают всех троих квэнди на землю. Просьба.
Вот ведь беспокойные какие малыши... От земли два корешка, а туда
же - ходить. Рано!
Отростки в листьях... Отростки хотят укорениться. Они голодны. Может быть,
тогда зазеленеют.
Бауглорн опустил отростки вниз и тут же принялся осторожно забрасывать ноги Гэлу
землей.
Фладрифу: помогай. Есть хотят.
Фладриф собрался как следует обдумать предложение собрата, но шустрые отростки вместо того, чтобы стоять на месте и ждать своей очереди, топтались вокруг, скрипели и размахивали ветвями. Фладриф осуждающе качнул кроной и принялся укоренять ближайшего к нему отростка, у которого из макушки торчала веточка с листьями.
Стоять вкопанным по колено было не слишком удобно. К счастью,
земля была мягкая - древоходы определённо старались не повредить эльфам "корни",
то есть пальцы на ногах.
Румил сел на вскопанную землю, не вытаскивая ступней наружу.
"Интересно. Когда мы встретились с ходячими деревьями - те великаны понимали,
что мы не такие, как они. Кормили нас ягодами. Учились у нас пить воду. А эти,
похоже, принимают нас за кусты. Неужели не отличают тех-кто-растёт-на месте от
тех-кто-двигается?"
До сих пор, сам толком этого не понимая, Румил считал древоходов чем-то вроде
квэнди, только в облике дерева. Может быть, потому, что со "своим" деревом он
тогда договорился на удивление легко.
Что если его и позвать?
Он попытался найти какое-нибудь знакомое дерево при помощи осанвэ. Не то чтобы
их было легко окликнуть - имя у деревьев были чрезвычайно длинные, и Румил так и
не был уверен, правильно ли их запомнил.
Получилось что-то странное. Зелёная поросль неподалёку замахала ветками,
донеслись шелест и перестукивание, но было непонятно, откликнется ли кто-то на
зов.
Хррр-пррр-ухррр, - что-то отвлекло Фангорна от
неторопливой беседы с собратьями. Это что-то было знакомым - совсем
недавно это было, хмммм! Дуб заскрипел ветками, листья на макушке задумчиво
зашелестели.
Говорящим отросткам снова не хватает воды, они опять зовут нас на помощь"
- мысль понеслась по кронам деревьев, зашелестела ветром, потекла с водой. -
Лес слышит, лес поможет, ждите!
Фангорн не был уверен, что непоседливые и любопытные существа услышат его на
расстоянии - всё-таки они ходят, не зарывая корней в землю. Именно потому он
отдал приказ всем, кто окружал его не поляне, поторопиться, медленно вытащил
опорные корни из земли, со скрипом открыл глаза и двинулся туда, где пробудился
подлесок.
Финглас какое-то время смотрел вслед Фангорну. По его мнению, дуб
слишком торопился. Если так спешить, самому впору стать отростком и забыть про
то, что корни должны быть в земле.
Но, подумав, Бук решил всё же последовать за Фангорном. Отростков он ещё не
видел, только слышало них от других, а на чужое мнение предпочитал не
полагаться.
Рябина обиженно зашелестела: Дуб с невероятной и неподобающей для
уважающего себя дерева скоростью направился прочь с поляны. Даже праздничное
убранство Мирнару не оценил. И не обдумал все, прежде чем хоть корнем
пошевелить. Хотя... если говорящим отросткам снова нужна помощь...
Рябина подобрала ветви так, чтобы по дороге не осыпались ягоды, и последовала за
Фангорном.
Фладриф как раз собирался воткнуть в землю второго отростка,
того, что махал ветками и скрипел, но, услышав зов Фангорна, подхватил малыша,
потом поднял того, что не захотел расти прямо, и решительно зашагал навстречу
Дубу.
"Бери того, у которого листья осыпались,- позвал Клен Бауглорна.-
Пусть Фангорн решает".
Тот небрежно зацепил отростка лапой и двинулся за остальными, что-то ворча на весь лес.
А дуб не торопился. Он то и дело останавливался, прислушивался к
шелесту крон, осматривал подлесок. Да и собратьев, следовавших за ним, поджидал:
что бы ни случилось с беспокойными и непоседливыми отростками, а лесной
порядок - прежде всего.
Лес беспокойно гудел, поскрипывал ветвями, кусты клонились к земле и
расступались перед древоходами.
На одной из самых больших полян, там, где из-под корней вцепившейся в каменистый
склон сосны бил холодный источник, Фангорн остановился:
Собратья-идущие-навстречу были уже близко.
Фангорн был уже близко - об этом шептали листья деревьев, шелестела трава, пели птицы и жужжали насекомые. А еще близко была вода - очень кстати. Фладриф даже едва не прибавил скорости, но подумал, что спешка совершенно ни к чему, и на поляну вышел неторопливо, как подобает. Приветливо махнул ветвями Дубу и стоящей рядом с ним Рябине и осторожно поставил говорящих отростков на влажную землю рядом с источником.
Мирнару наконец догнала Фангорна. Теперь тот стоял и, похоже, ждал кого-то. На Рябину даже внимания не обратил. Мирнару нарочно задела его веткой - он будто и не заметил. Она совсем было собралась обидеться, как на поляну из-за кустов можжевельника вышел Клен. И не один. Мирнару сразу узнала "своего" отростка и направилась к нему.
Бауглорн протянул отросток Фангорну.
Листья не растут, - пожаловался он. - Падают.
Одной из верхних веток Дуб подхватил Гэлу и притянул его к
стволу. Кора скрипнула, и на квендо взглянула пара глаз, похожих на большие
желуди.
Отросток вовсе не выглядел засохшим.
- Чьи листья падают? - решил он уточнить у Вяза.
- Мои. С отростков. Своих у них нет. Непорядок. Надо поправить.
- Твои листья падали бы и с меня. Если бы ты решил их на меня положить, хммм. Только свои листья не падают, - мудро отметил дуб. Его собственная крона громко зашелестела от удивления.
- А мне все равно, свои у них листья будут или наши. Почему голые?! - собеседник Дуба был искренне возмущен - того и гляди корнями затопает.
Гэлу изрядно надоело висеть между небом и землёй. Он сделал
попытку пошевелиться, но добился лишь того, что в бок впивалась какая-то корявая
ветка.
(о) Румилу: Румил, ну чего ты молчишь? Они ведь стоять тут могут ещё целый
звёздный круг. А я так и буду висеть? Ты ведь кажется знаком с этим Дубом... Он
у них главный. Сделай что-нибудь.
- Чужие листья своими не станут. Сам подумай, хр-р-рмм!, -
Фангорн укоризненно зашелестел верхними ветками кроны. Несколько дубовых листьев
упали на Вяза.
- Ты мои листья сможешь себе прирастить? - между тем кора скрипнула, и на
Гэлу из щелей уставилась пара больших карих глаз. Чтобы лучше рассмотреть
отростка. Тот трепыхался, как птица, застрявшая в колючем кусте. Дуб скрипуче
хмыкнул и усадил непоседу так, чтобы ему было удобнее. Верхом на крупную ветку.
о) Гэлу
Подожди, Гэлу. Я попробую поговорить с ним.
Румил сосредоточился и, как в прошлый раз, попробовал услышать то, что говорят
ходячие Деревья. Вспоминал, как ясень рассказывал ему о своём имени.
"Надо ещё раз познакомиться!" - квэндо поднял голову и посмотрел на Древохода,
державшего Гэлу.
Образ себя самого. Ру-мил. Ру-мил. Образ Дуба. Нор-но. Нор-но.
о) Ладно, я подожду, - вздохнул Гэлу и даже постарался прилечь на ветке.
Ветка изогнулась так, чтобы беспокойный "росток" не свалился.
Дуб с легким скрипом наклонился вперед, внимательно посмотрев на Румила.
Интересно. Росток-с-двумя-корнями пытался говорить! Значит, он, старейший из
проснувшихся Пастырей Древ, не ошибся тогда. Умеет говорить - такой же, как мы.
И нет листьев - так у кого-то листья, у кого-то иголки, а этот сорт проснувшихся
деревьев - голый. Так и надо будет рассказать всем, когда соберутся! Хорошо.
Хррррумммыл. Хурррн-хррнорн. Образ двуногого, сидящего на земле. Дуб и клен
несут двуногих к Озеру и сажают на берегу. Ноги двуногих рядом с водой.
Одобрение.
Двуногие в лесу. Земля сухая. Беспокойство. Вода льется на ноги Румила.
Ожидание.
- Ой, рябина! - радостно воскликнул в этот момент Тинвэ и
забарахтался, пытаясь выбраться из цепких объятий Клена.
Мирнару одобрительно скрипнула.
"Это мой отросток,- мысленно обратилась она к Фладрифу. - Отпусти его
- видишь, он хочет ко мне!
"Какой же он твой? - возразил тот. - На нем ягоды не растут".
"Он еще маленький, - объяснила Мирнару. - Вырастут, когда придет
время.
Клен немного подумал и неохотно опустил Тинвэ на землю. Тот подошел к Мирнару и
погладил шершавую кору.
(о) Мирнару: Красные ягоды. Благодарность.
Ветка с ягодами немедленно опустилась к его губам. Мирнару ласково зашелестела.
Ей нравилось возиться с этим странным отростком.
Румил поднял голову на возглас Тинвэ и проследил его путь на
землю. Потом снова обратился к Фангорну.
Румил на земле в лесу. Земля сухая. Хорошо. Воды не нужно.
Образ Гэлу, сидящего рядом с Румилом. Хорошо.
Хорошо. Двое сидят на земле. Древоходы стоят вокруг.
Фангорн скрипнул корой, подцепил Гэлу самой длинной веткой, поднял в воздух и
аккуратно опустил рядом с Румилом. Так, чтобы оба корня двуногого говорящего
существа были поближе к ручью. Захочет воды - напьется сам.
- О-ох, - облегчённо вздохнул Гэлу, - Неужели это произошло? Спасибо, Румил. Как тебе это удалось? - поинтересовался квэндо, с наслаждением поглаживая твёрдую землю.
- Просто поговорил с Дубом, - пожал плечами Румил, - И я бы на твоём месте поблагодарил его, - сказал он, посмотрев на густую крону Древохода.
Гэлу тоже посмотрел вверх и покачав головой ответил:
- Не хочется мне что-то благодарить. Если бы не ты, ещё не известно, сколько
звёздных кругов я бы провёл на этих ветках.
- Клен, рябина, дуб, ясень, - заскрипели ветки старшего из Древоходов,
зашелестела листва на том языке, что передает вести от поляны к поляне, от
опушки леса к сумрачному бурелому у северных скал. - Яблоня, сосна, бук,
ольха и ты, склонившаяся к воде ива! Вода поднимется от корней до верхушки, и
еще раз поднимется, и еще столько же. Созываю вас дойти на южную поляну, будем
говорить.
Дуб наклонился над сидящими эльфами, поскрипел корой и еще сказал вслух:
- Хрруммммырл, - тонкая ветка коснулась груди того-кто-умел-говорить. -
Храрранхррорн.
Та же ветка коснулась ствола говорящего дерева. Оно постояло так некоторое
время, рассматривая Румила светло-коричневыми глазами, затем развернулось и ушло
туда, где перед ним расступался лес.
(с) Рина, Альвдис, Red 2 the Ranger, Тэсса Найри, Хельга, Ноло Торлуин, Этсетера, Ирис, Дайниэль, 2004-2007
(с) Север и Запад, 2008
(с) Венец, 2009
![]() |
|