Как попасть в Аман?!
Авторы – Рина (Киэлмэ), Дайниэль (Луин)
Серым всклокоченным облачком несся Луин
прочь от Удуна. Дальше, куда угодно, но лишь бы подальше от Темного Валы и его
каменной крепости.
Приступ охватившей его паники отступил лишь тогда, когда он оказался в полусотне
лиг от Цитадели. Майа постепенно замедлил свой полет и спустился пониже.
Обостренные чувства подсказали, что за ним никто не гнался. По крайней мере, он
этого не ощущал и поэтому немного успокоился. Луин зацепился за обгоревшую
верхушку липы и стал спускаться вниз. Нижние ветки были зелеными - видимо
молния ударила вполсилы. Около земли облачко немного заклубилось, как будто в
нерешительности, и сгустилось, облекая майа телом. Теперь уже другим. Мелькор
был последним, кто видел его прежним, или почти прежним. Облик беззаботного
веселого майа умер вместе с миром Альмарена. Теперь среди зеленых ветвей
кустарника стоял сухощавый голубоглазый эльф с очень смуглой кожей и
светло-русыми, почти серебристыми волосами. Мягкие сапоги, темно-синие штаны из
мягкой ткани да серо-синяя короткая туника с серебристым кантом, накинутая на
плечи, - вот и весь его наряд.
Луин задумался и побрел куда-то сквозь подлесок:
"Нет, он не может здесь больше оставаться, несмотря на то, что еще до сих пор
не чувствует себя цельным. И хотя он, как мог, стерпелся с сосущей пустотой,
свившей гнездо в глубине его фэа, надежда обрести себя на просторах Эндорэ со
временем становилась все более призрачной. А теперь еще Мелькор. Он ведь ничего
не делает просто так, и эта встреча вряд ли была совсем уж случайной. Если бы у
Валы не было никакого интереса, он бы даже внимания на чужого майа не обратил…
Вот если бы только он, Луин, был немного сообразительнее, обязательно бы
выведал, что стало со светлыми валар и куда они ушли. А теперь и спросить не у
кого, хоть в Цитадель иди".
От одной этой мысли Луин поежился: "Теперь придется бродить вокруг да около,
высматривать в надежде встретить кого-нибудь около крепости и расспросить".
Майа остановился, решая куда направиться, и медленно повернул назад.
Подправив размытую последним ливнем запруду,
Киэлмэ нырнула в лесное озеро. Вытекающая чуть восточнее речушка тихо журчала,
вокруг выступивших со дна камней пенились маленькие водовороты.
Девушка заглянула в убежище рака-отшельника под корнями старой ивы, поймала пару
рыбешек, ухватила ладонью знакомую щуку за жабры: та лишь шевельнула лениво в
ответ плавниками - сыта, да и что толку противиться хозяйке?
Проплыв под водой к другому берегу, майэ вынырнула с шумным плеском и протянула
руку к раскрывшимся кувшинкам. Надо будет спеть их побольше, чтобы и на венок
хватило, и лягушкам было бы место - распевать брачные рулады.
Места здесь были совсем незнакомые.
Непривычное сочетание леса и диких скал, поросших кустарником, показалось Луину
причудливым и завораживающим, только вот обход и перепрыгивание камней
значительно усложняли его продвижение вперед.
Спустя какое-то время он присел отдохнуть на поваленное дерево и стал по
привычке выслушивать в окружающем мире мелодии воды. Между ног, шурша травой,
пробежала мышь, ткнулась в сапог и, пискнув, юркнула в сторону. На соседнем
камне замерла изумрудная ящерица, пристально наблюдая за пришельцем. Луин
отвлекся, однако все же успел уловить отдаленное журчание воды. Еще немного
посидев, вслушиваясь в песни леса, он выбрал направление и пошел на звук.
Вскоре майа вышел на берег речушки, которая весело пела на каменных перекатах.
Чуть выше по течению Луин заметил запруду, и решил посмотреть, не бобры ли здесь
хозяйничают. Добравшись до плотники, он остановился у самой воды, осматривая
берега, когда сильный всплеск привлек его внимание. На противоположной стороне
озера из воды показалась голова девушки. Майэ. Луин замер в нерешительности, не
зная, уйти ему или остаться. Но ведь за все время скитаний это была вторая
встреча после Отступника, и еще, ему нужна информация...
Когда девушка запела, Луин совсем растерялся - мало того, что мелодия майэ
показалась ему странно знакомой, так она к тому же пела кувшинки. Может быть,
попробовать присоединиться? Ведь урок Мелькора не пропал даром.
Луин, не желая пугать незнакомку, на всякий случай отвернулся от воды и послал
осанвэ купальщице:
Привет тебе. Я не помешаю? Можно мне тоже спеть?
Киэлмэ уронила от неожиданности
недоплетенный венок, оглянулась: у дальнего берега стоял майа в сине-серой
одежде. Незнакомец? Гость из Амана, быть может? Его мелодия показалась ей смутно
знакомой, быть может, они вместе учились в древние времена у Ульмо? Он хочет
спеть с ней? Ну, а почему бы нет?
Привет и тебе! Я - Киэлмэ, здесь мои река и озеро. Заходи!
Плеснувшая волна коснулась сапог пришельца.
Майа повернулся, посмотрел, как волна,
лизнув носок обуви, откатилась, приглашая его за собой, и неспеша зашел в воду.
(о) Луин. Киэлмэ, у тебя здесь очень красиво!
Он нырнул и всплыл на поверхность недалеко от майэ - их разделяли только заросли
кувшинок. Луин откинул мокрые волосы с лица и улыбнулся.
- Когда-то давно я был учеником Ульмо. Киэлмэ... - имя он произнес медленно,
как-будто пробуя его звучание. - Ты ведь тоже у него училась? И у Йаванны?
- Ты был учеником Ульмо? - Киэлмэ
внимательно всмотрелась в лицо майа, пытаясь его вспомнить. - Да, я тоже
когда-то была среди его майар, и у Йаванны училась, но недолго. Это было так
давно!
Странно, но она его не помнила. Возможно, он сменил с тех пор внешний облик?
Девушка прислушалась к мелодии собеседника. Что-то очень знакомое, но
ускользающее и рвущееся, как прелый лист под пальцами...
- Луин, это ты? - неуверенно спросила она.
- Да… кажется, - по лицу майа пробежала легкая тень, унесшая с собой улыбку. – Я и сам иногда сомневаюсь в том, кто я. Слишком долго меня не было, и я даже толком не понял, что произошло.
- А что с тобой произошло и как можно не
знать самому, кто ты? - удивилась Киэлмэ. Этот странный майа интересовал ее
сейчас гораздо больше, чем кувшинки. Цветы - они были вчера и будут завтра, а
такого собеседника у любопытной майэ еще не было.
- Ты говоришь, что тебя долго не было, но разве так бывает? Ты что-то забыл?
А как было, когда ты еще был? И ведь сейчас - ты есть!
- Последнее, что я помнил тогда - это слухи
о появлении Мятежного, всеобщее беспокойство, которому в то время не придал
особого значения... Но потом рухнул Иллуин, - глухой голос Луина дрогнул. Затем
он скупо, несколькими словами описал дальнейшие события - ему совсем не
хотелось, чтобы очаровательная майэ чувтвовала весь этот ужас.
- Похоже, я неожиданно развоплотился и меня начало растаскивать диссонансом...
Дальше я ничего не помню. Когда я начал вспоминать себя, мне пригрезился зов
Оромэ, но наверное это был только сон, потому что, очнувшись, я оказался здесь в
Эндорэ совершенно один. Раны земли уже затянулись, на пепелищах проростали новые
леса... Видимо много времени прошло. Так бродил по этой земле, исправляя то, что
было под силу, но я до сих пор не знаю, что же произошло со мной и с остальными.
Майа, на всякий случай, предпочел умолчать о встрече с Мелькором.
- А как ты? Куда же делись все валар и майар?
- А я тогда была далеко, на восточном краю
Арды, летала облачком над озерами. Увидела на северо-западе яркую вспышку - и
поднялась высоко, под самые звезды, а потом долго не решалась ни спуститься, ни
вернуться в Альмарен, потому что внизу был огонь, а в небе только сильный ветер
и черные облака. Но я в них не стала нырять. А Зов Оромэ был на самом деле, но
через сотню лет, уже леса выросли новые. Не слишком-то валар торопились нам
помочь!
Киэлмэ подплыла поближе к Луину, улыбнулась ему, опустила руку под воду на
мгновение - и протянула маленькую лягушку с черными крапинками на спинке.
- Смотри, какая смешная! А первая у меня получилась не очень удачная в том
озере, что я заполнила водой там, на Востоке. Ну, когда огонь погас и ветер
пронес меня над горами. Мне Вала Мелькор тогда помог, потому что земля была
горячая, а то сидела бы я на вершине горы в обнимку с ледниками еще не один год!
"Вала Мелькор... Ну, конечно, было бы
странно, если спустя столько времени здесь довелось бы повстречать ничейных
майар. Похоже, что сам Синий был из последних, да и то, скорее всего, из-за
своего затянувшегося "отсутствия". Что же делать? Как расспросить майэ о валар,
чтобы это не очень сильно бросалось в глаза?"
Эти мысли вихрем пронеслись в голове майа, пока он внимательно разглядывал
протянутую на ладошке лягушку.
- Киэлмэ, она действительно очаровательно получилась. Я ведь обожаю лягушек, -
осторожно принимая из рук майэ и внимательно разглядывая скользкое создание,
ответил Луин.
Вдоволь налюбовавшись и выпустив лягушку, он продолжил:
- Говоришь, Вала Мелькор тебе помог. Значит, эта земля теперь находится под его
управлением, - и дальше, не скрывая своего удивления, засыпал майэ вопросами. -
А что же тогда здесь делал Оромэ? Как и откуда он появился? Что тогда произошло?
Киэлмэ довольно улыбалась, пока Луин
рассматривал лягушку: похоже, ему пришлась по вкусу ее мелодия, и похвала -
искренняя, майэ чувствовала это! А вот почему его так Оромэ интересует -
непонятно. Ну да, очнуться и не знать, что без тебя произошло - наверное, не
слишком приятно. Девушка охотно начала рассказывать то, что знала сама:
- Что он здесь делал - не знаю, сама я Оромэ не видела, только слышала, как он
меня зовет. Понятия не имею, зачем я ему понадобилась, я же никогда не была его
ученицей! Ну, отвлек он меня от работы, но сильно не помешал, так что ничего
особенного и не случилось. Тхори потом мне рассказала, что видела, как он то
оленем бегал по лесам, то птицей летал, то по горам скакал. Но ни на кого из нас
он не нападал, только звал, а потом обратно в Аман вернулся, откуда и пришел.
Это на дальнем Западе, за Морем. Да ты в Цитадели спроси - у Сарин или у
Эленлиндо, они там жили, а потом вернулись в Эндорэ. А цветы мои тебе тоже
понравились?
Аман?! На дальнем Западе?! За морем?! Есть!
Он теперь знает куда идти, путь указан!
От радости Луин чуть не выпрыгнул из воды и едва сдержался, чтобы не расцеловать
говорливую майэ, но сдержать рвущуюся наружу радость, расцветавшую сияющей
улыбкой, он был просто не в состоянии.
- Да, Киэлмэ, они прекрасны!
Вот теперь Луин стал похож на того
добродушного и слегка рассеянного майа, каким Киэлмэ запомнила его по
альмаренским встречам! Гораздо приятнее обсуждать любимые мелодии и удачные
творения, чем зачем-то бродившего вдавние времена Оромэ!
- А, ты тоже любишь кувшинки, да? У меня много разных озер, с разными цветами, и
рыбы везде есть, и лягушки, Но это - особенно удачное, потому что новое, и я
рада, что тебе так нравится!
- Да, люблю, - улыбка на лице майа еще
озаряла округу, но он начал лихорадочно соображать, чтобы не сболтнуть
чего-нибудь лишнего. - Как раз недавно пришлось повозиться с одной упрямой
кувшинкой, которая никак не хотела приятно пахнуть.
- Это как? С ней что-то случилось, или ты хотел, чтобы она пахла по-особенному,
а не как остальные? - заинтересовалась Киэлмэ.
Майа уже жалел, что так разоткровенничался. Ведь никто за язык не тянул, можно ж
было просто отвечать, "да" или "нет", а теперь объясняйся.
- Нет, Киэлмэ, я как раз хотел, чтобы она пахла, как все, а не так, чтобы
хотелось удрать с озера куда подальше. Не знаю я, что с ней случилось.
- А, теперь понимаю, - кивнула Киэлмэ. - Такое иногда бывает, если мелодия
незавершена, а хочется сотворить еще что-нибудь, торопишься... И долго ты ее
уговаривал?
Луин отвел взгляд, принявшись внимательно рассматривать здешние кувшинки, и
ответил, как бы между прочим.
- Да нет, не пришлось долго. Все получилось довольно быстро.
- Значит, ты тоже помнишь уроки Йаванны, - поболтать о давно прошедшем, повспоминать прежние времена было для Киэлмэ сейчас гораздо интереснее, чем рассматривать кувшинки. - А если что-то вдруг не запомнил или не получается новая мелодия - знаешь, всегда можно попросить помощи в Удуне. Вала Мелькор никому не отказывает.
Задумчивый взгляд голубых глаз Луина как бы
невзначай переходил с кувшинок на майэ, с майэ на заросли кувшинок. Неужели она
так запросто смогла найти общий язык с Мятежным?
- А давно ты его знаешь? Давно с ним поешь? Ты тут осталась после Альмарена или
бывала в ... Амане?
- Давно, после Альмарена. А в Амане я ни разу не была - может, и слетаю туда как-нибудь, но это слишком далеко и займет не один звездный круг. А пока мне и в Эндорэ есть чем заняться - да ты и сам заметил, наверное? Так много земель, которые можно подправить, добавить свою мелодию, украсить их. Нас, живущих в Цитадели, пока немного, хотя кое-кто в Амане не уживается с Валар и со временем приходит к нам.
- Да, дел здесь до сих пор еще невпроворот
после разборок Старших, - задумчиво произнес Луин. Мимолетное воспоминание о
гостеприимной долине, где он обитал после пробуждения, вновь заставило
почувствовать себя неуютно. Как-будто невидимые, опутывающие его нити,
натянулись до предела, заставляя вернутся...
Майа упрямо тряхнул головой, отгоняя наваждение.
- Ты хочешь сказать, что живешь вместе с Мелькором?
- Иногда вместе с ним, иногда с огненными духами, а порой в каком-нибудь озере отдыхаю одна, - ответила майэ. - Разве обязательно жить где-то в одном месте? Их так много!
- Нет, конечно, - в тон майэ ответил Луин. - Вокруг столько прекрасных долин с озерами, болотцами и речками. Эндорэ огромно, и хочется побывать везде. Вот и я тоже брожу с места на место. Только почему-то все время тянет в ту долину, где впервые в себя пришел. Хорошо там, как дома.
- Наверное, там твоя Музыка осталась, - задумчиво протянула Киэлмэ. - Ты сам эту долину спели вложил сам себя в нее, ну а к своему месту каждый хочет возвращаться. Просто для меня прошло много времени, и таких мест - много.
Луин задумался. Возможно, майэ, даже сама
того не подозревая, попала в цель, и действительно там, в долине осталась его
Музыка. Вот только...
- Может, ты и права, Киэлмэ, - майя отогнал назойливо звенящего над ухом комара.
- Только пел я там не так уж и много, в основном, по мелочам - рыбки, лягушки,
цветочки. Не больше того, что делал обычно, когда был в учениках у валар. То
есть, я хочу сказать, что раньше такой привязанности не было. Мне везде хорошо
было.
- А ты дорогу туда помнишь? - участливо спросила Киэлмэ. - Так слетай и проверь, чем скорее ты это сделаешь, тем быстрее поймешь, что там случилось. Или попроси Мелькора разобраться - у него часть в дарах всех Валар, а Вайрэ сюда не приходила с тех пор, как все обрушилось. Она бы, может, тоже тебе помогла, но отсюда в Аман не дозовешься. Или поговори с Сарин, она недавно от Вайрэ к нам пришла, наверное, многому у своей бывшей Валиэ научилась, хотя не любит о ней вспоминать.
- Да, Киэлмэ, спасибо, конечно, - Луин не поспевал отвечать говорливой майэ, от этого ему стало весело, и улыбка снова заиграла на его губах. - Дорогу помню. Мелькор и Сарин, это хорошая мысль, тоже надо будеть запомнить. Да. Пожалуй, так и сделаю.
- Вот и хорошо, я всегда рада тебе помочь, Луин! - девушка провела ладонью по водной глади - и шаловливо хлопнула по крупному листу рядом с особо крупной кувшинкой. Брызги воды полетели во все стороны. - Тебе идет улыбка, я тебе этого еще не говорила? Наверное, здесь тоже хорошее место для тебя, хоть я и слышу, что ты торопишься куда-то. Когда найдешь оставленную Музыку - возвращайся, с тобой интересно!
- Спасибо, Киэлмэ, - Луин немного смутился,
улыбка стала еще шире. Брызги посыпались дождем, и веселое настроение девушки
быстро передалось Синему, зажигая где-то в глубине искру вдохновения. Ему
захотелось отблагодарить майэ, и он все-таки решился спеть цветок - кувшинку или
водяную лилию - это уж, что получится.
Вод королева одна
Кружится в танце теней,
Томною негой полна,
Запах еще нежней.
Тонкие лепестки -
Хрупкой красы узор.
Корни ушли в пески,
Цветок же ласкает взор.
Стебель колышет вода,
Листья на ней разлеглись,
Только бутон всегда
Тянется вверх и ввысь...
Над водой, горделиво вознесясь над другими цветами, на высоком стебле
заколыхался бутон, готовый вот-вот распуститься. На мгновение Луин увлеченно
задумался, какую окраску придать цветку. Белый, желтый? Такие уже есть. Черный?
Это уж совсем по-Мелькоровски.
Белый? Нет. Пурпур? Да!
Этот пусть будет цвет,
В сердце кувшинки - звезда
Смотрится в звездный свет...
Цветок медленно раскрылся. В окружении множества заостренных пурпурно-лиловых
лепесков ярко-желтым мохнатым пятном выделялась благоухающая сердцевина.
Луин замолк, с удивлением взирая на результат своего пения. Цветок показался ему
слишком вызывающим.
- Прямо выскочка какая-то получилась, - преодолев волну смятения, Синий
растерянно глянул на майэ. - Киэлмэ, извини, хотел как лучше, но, видимо,
увлекся. Примешь такой цветок?
- Какая прелесть! - Киэлмэ очарованно смотрела на роскошный цветок. -
Какая мелодия! Мне нравится! Приму, да! Какой подарок, спасибо!
Одним плавным движением водная майэ скользнула к Луину, прижалась к нему, обвила
руками плечи - и звонко поцеловала прямо в губы.
Такое бурное выражение чувств со стороны
девушки застало Луина врасплох. Майа остолбенел, не зная куда деть свои руки,
которые вдруг показались лишними, и поэтому совсем растерялся. От неожиданного
поцелуя сначало громко зазвенело в ушах, потом лицо обдало жаром, и Синему
показалось, что уши его сейчас не выдержат - свернуться в трубочку и сгорят.
Наверное, это его и спасло. Бурное воображение услужливо нарисовало картину
печального майа с обгоревшими ушами, и Синий невольно улыбнулся, понемногу
возвращая себе самообладание.
Он подождал, пока майэ освободит его от своих объятий, немного попятился и со
смущенной улыбкой выпалил:
- Спасибо тебе Киэлмэ! Спасибо за все. Ты замечательная! Но я пожалуй пойду? Да?
Мне пора... До встречи...
Последняя фраза вырвалась совсем неожиданно. Надо же было так оговориться, ведь
он уходит отсюда навсегда, и больше никогда не увидит эту веселую майэ.
- До встречи, Луин! - откликнулась Киэлмэ.
Она была уверена, что еще не раз встретится с этим немного странным майа. Когда
придет время. А сейчас ей нужно было спеть горячий ключ, чтобы новому цветку не
было холодно в ее озере. Запомнить мелодию - и отнести в другие озера и реки, на
дальний юг, где нет зимы.
(с) Рина, Дайниэль, 2007
(с) Север и Запад, 2007
(с) Венец, 2007
![]() |
|