Разговор “по
душам”
Авторы – Тэсса (Мелькор),
Панча (Сайрон), Halgar (Хулгыр) .
(Осанвэ Мелькора Сайрону: Я хотел бы
зайти к тебе. Есть кое-какие вопросы.)
Майя гневно расхаживал по смотровой площадке
на верхушке башни... Наглецы! Как они посмели!.. Бросать свой
вонючий мусор в дом его Стаи!.. Это вызов?.. Послание от Владыки
несколько утихомирило бушевавшую ярость. Сайрон заставил себя
сосредоточиться и отправил ответ:
- Да, Владыка! Я и мой кабинет в твоем распоряжении.
Сайрон еще немного походил, чтобы окончательно успокоиться, и
быстро спустился на первый этаж. К приходу Мелькора ему
предстояло закончить кое-какие разработки, как всегда,
направленные на благополучие обеих Стай, вверенных его
попечению... Майя по пути вниз возмущенно фыркнул. Нет! После сегодняшнего,
орки вовсе не заслуживают его попечения!..
Мелькор зашел в кабинет помощника, как обычно,
без стука, послав лишь краткое осанвэ: Я здесь.
Коротко кивнул. Получив приглашение, уселся в кресло.
Не спеша начать разговор, пристально всмотрелся в лицо майя.
Сайрон выглядел не то, чтобы хмурым, но, пожалуй, мрачнее обычного.
Хотя особенной жизнерадостности за ним и раньше не наблюдалось.
Это беспокоило. Мелькор всегда стремился подобрать для каждого
из своих соратников дело по вкусу. Да и жили они в Наурворн-эн-Удун
вольно – он старался как можно меньше ограничивать их свободу.
Другие майар выглядели вполне довольными жизнью, Сайрон же, с
точки зрения Валы, походил на голодного волколака, которого
вместо мяса пытаются накормить травой. Один раз только и оживился
– когда получил в подчинение орков. Всегда с головой погружен в
работу, но не поймешь – то ли она действительно ему нравится, то
ли он прячется в нее, словно в нору. Только вот от чего тут
прятаться? Разве ему плохо живется? И поле деятельности у него
обширное, и относятся к нему со всем уважением, и положение
высокое занимает, уступая только самому Мелькору. Положение…
Быть может, дело именно в этом? Хотя… не может же он не понимать,
что с Владыкой ему тягаться не приходится. И все же… Раньше ли,
позже – а с Валар разбираться придется. Сложись ситуация
неблагоприятно для Мелькора – а так уже случалось – как поступит
Тху? Воспользуется случаем и попытается захватить власть?
Переметнется на сторону победителей? Останется верен?
Настораживала в Сайроне и подчеркнуто почтительная манера
держаться, и слишком уж показное рвение. Зачем, спрашивается, тому,
кто искренен, так старательно демонстрировать лояльность?
Незачем.
Мелькору хотелось разобраться в проблеме и понять, чего же все-таки
ждать от этого странного майя. Но Сайрон упорно обходил любые
темы, не относящиеся к делу, не понимал шуток – или делал вид, что
не понимает. Однако Мелькор привык добиваться своего и не
оставлял попыток исподволь заставить помощника раскрыться.
- Как восприняли орки появление Драуглута? – спросил Мелькор
первое, что пришло в голову. Просто, чтобы начать разговор.
- Он произвел на них нужное впечатление, -
коротко ответил Сайрон.
Как обычно, он стоял перед Владыкой, сложив руки на груди. Полная
готовность слушать и исполнять...
- Хорошо,- кивнул Мелькор.
“Как же к тебе подступиться?”
- Кстати, чем закончилась та странная история с дохлой крысой? Ты
уже выяснил, в чем там дело?
Майя сдвинул брови:
- Ты имеешь в виду историю, в которой рядовой Уфтхак кормил мертвую
крысу? И о которой Хулгыр поведал Готмогу? А Готмог высказал
предположение, что рядовой мог таким образом что-то прятать?..
Он задумчиво кивнул головой.
– Я дал поручение Хулгыру выяснить все обстоятельства дела. И сам
произвел небольшое расследование... Но его результаты...
Сайрон нахмурился, начал что-то говорить. Его речь внезапно
прервал стук в дверь. Система наружного магического наблюдения
показала замершего в ожидании Болдога Хулгыра. “Очень кстати!”
– подумал Сайрон и посмотрел на Мелькора:
- А вот и Хулгыр, Владыка. Может, ты пожелаешь сам принять у него
доклад?
- Лучше, если это сделаешь ты. А я поприсутствую.
"И понаблюдаю за тобой лишний раз".
- Слушаюсь, Владыка! – Сайрон коротко кивнул и
повернулся лицом к двери.
Повинуясь мысленному приказу, правая створка отошла в сторону.
- Заходи, Болдог!
Хулгыр вошел, приняв по возможности парадный
вид.
- Слава Владыке!
Докладываю первое: Согласно приказу, уборка в казармах завершена.
Идет подготовка плаца.
Докладываю другое: урук Уфтхак, будучи расспрошен насчет
кормления дохлой крысы, отвечал, что был пьян и не помнит.
Согласно воле Владыки, форсированные методы не применялись. При
вскрытии крысы ничего, чего обычно в крысах не бывает, не найдено.
Докладываю еще другое: при уборке казарм снагой обнаружен, видимо,
труп; при трупе найдено вот чего...
Хулгыр запустил лапу в сумку на поясе и, достав
что-то побрякивающее, оглянулся в поисках места, куда бы положить.
Сайрон молча протянул руку широкой ладонью
вверх.
Хулгыр высыпал в подставленную ладонь четыре
полупрозрачных камешка, отступил на шаг и замер с видом "жду
дальнейших указаний".
Майя удивленно вскинул брови. На ладони лежали
четыре превосходных рубина! Камни не обработаны, но крупные, и
цвет чистый, глубокий... Сайрон внимательно взглянул на
подчиненного:
- Молодец, Болдог, такая находка заслуживает достойной награды...
Тут в голосе Повелителя зазвучали металлические нотки:
- И с Уфтхаком ты тоже молодец, выкрутился... Рядовой Уфтхак мертв,
тебе об этом известно?
Сайрон резко стиснул руку камнями в кулак и зарычал:
- ОТВЕЧАЙ!!!
Изумление Хулгыра перешибло даже страх перед
гневом Повелителя.
- Никак нет, Повелитель, не известно!.. то есть теперь известно, а
раньше нет...
- А что тебе ВООБЩЕ может быть известно?! –
раздраженно прошипел Сайрон. – Ты же ПЬЯН!!! И в таком виде
осмелился явиться на доклад!
В глазах Повелителя разгорался багровый гнев. Но он отметил
искреннее изумление Хулгыра. Болдог сказал чистую правду. В той
мере, в какой она ему была доступна...
- Ты позоришь меня перед Владыкой своим непотребным пьянством,
Болдог! – Сайрон бросил короткий взгляд на Мелькора и со
значением прибавил, наклонившись поближе к Хулгыру. – Пока еще
– Болдог... Если снова увижу пьяным – разжалую!
Майя отстранился, сложил руки на груди и продолжил:
- Но ты, Хулгыр, расстроил меня не только пьянством, из-за которого
не знаешь, где, когда и чем заняты твои подчиненные. Даже кто из
них жив, а кто – мертв...
Сайрон говорил медленно, речь его лилась плавно, спокойно... Плохо
знавшие первого помощника Мелькора могли решить, что
провинившийся Болдог легко отделался... А сам майя внимательно
следил за реакцией подчиненного, нанизывая фразу за фразой, как
бусины на нитку, пока не будет готово целое ожерелье... Пока даже
самый тупой орк не догадается, к чему клонит Повелитель. И не
затрепещет...
- Снаги у тебя совсем распустились... – говорил Сайрон. - Двое
бестолочей во время уборки додумались сваливать мусор на голову
своим товарищам-волкам...
Майя неодобрительно покачал головой.
- Куда ты смотрел, Хулгыр, когда одному из твоих горе-солдат
перегрызли горло? В бутылку?..
Мгновенная вспышка багрового, низкий голос Повелителя уже давно
напоминал глухое рычание.
- Как же ты допустил, Хулгыр, что бойцы у тебя гибнут не в опасном
дозоре, не в стычках с дикарями, а в собственных казармах?.. Почему
вовремя не вмешался, не предотвратил?..
Сайрон медленно опустил руки, слегка пошевелил пальцами, в
зажатом кулаке звякнули рубины.
- А может быть, снаги ни при чем. Снаги получили приказ... Кто отдал
этот приказ, Хулгыр?
Мощное рычание сотрясло стены кабинета:
- ОТВЕЧАЙ!!!
Пока Повелитель говорил, написанное на
орочьей морде переходило в обреченность пополам с
бесшабашностью.
- На зубах этих товарищей,- весьма недурное, для орка, приближение
к сарказму,- я потерял шестерых бойцов, не считая снаг. Засыпать
яму приказал я - кто приказал ее вырыть, Повелитель? По чьему
приказу солдаты Владыки гибнут в собственных казармах?
Мелькор почувствовал невольное уважение к
Хулгыру: ему всегда импонировала отвага. Пожалуй, надо будет его
спасти, если Сайрон чересчур увлечется. Впрочем, Мелькор не любил
мешать своим майар в их делах. Так что вмешаться он решил лишь в
крайнем случае.
- МОЛЧАТЬ!!! – взревел Сайрон.
Багровое пламя, наконец, вырвалось наружу и ударило в пол под
ногами несчастного Болдога, слегка опалив тому волосатые пальцы.
- Ты... – злобно прошипел майя. – Ты, пьянь! Сомневаешься в мудрости
Повелителя?.. Эти “солдаты Владыки” такие же пьяницы и лентяи,
как ты, если не сумели преодолеть препятствие, посильное хорошо
подготовленному бойцу!.. Кто в пьяном угаре приказывает солдатам
выходить на полосу неподготовленными?.. Уж не потому ли тебя
так страшит рядовая опасность, что ты сам уже не в состоянии
справиться с ней?
Сайрон замолчал, раскрыл ладонь и уставился на рубины. Наконец,
взгляд его обратился к Хулгыру, дерзко ожидавшему самого худшего.
Как ни странно, красного пламени в глазах Повелителя больше не
было.
- Посмотри, во что тебя превратило пьянство, Болдог, - произнес
майя с жалостью. – Ты даже забыл, с кем разговариваешь, и что я
могу с тобой сделать... Посмотри на свой живот – он отвисает!..
Где тот удалой храбрец Хулгыр, который когда-то мечтал поймать и
оседлать самого большого волка?
Тень улыбки мелькнула на тонких губах Повелителя.
– Я вижу, нахальства у тебя с тех пор не поубавилось...
Хулгыр то ли по врожденной тупости не понял
своего счастья, то ли так разогнался, что все было ... Как бы то ни
было, результат был один.
- _Неподготовленными?_ Своих я поведу хоть куда и хоть сейчас, хоть
волков, хоть орков! А твои волколаки, Повелитель? Кто когда их
видел на полосе, кроме как в той яме? Или, может, они все время в
патрулях? Да так выучились маскироваться, что мои их ни раз не
видали - хоть волки, хоть орки? Или они круты от рождения - да
настолько, что урукам делать нечего, кроме как красить траву в
зеленый цвет да кормить собой волколаков? Коли так, разгоняй нас
всех на …
Тут он добавил краткое слово на староорочьем.
Все! Сейчас Сайрон убьет этого орка. В лучшем
случае, сломит его волю, превратив опытного командира в
бесхарактерное и бесполезное существо. А Хулгыр, явно уже не
надеясь остаться в живых, откровенно напрашивался. Несколько
мгновений Мелькор колебался, прикидывая, хватит ли у майя
благоразумия, чтобы подавить гнев, но багровый огонь, то и дело
вспыхивавший в глазах помощника, оставлял мало иллюзий на этот
счет. Придется вмешаться. И немедленно.
(Осанвэ Сайрону: Я сам разберусь с ним)
Мгновенный импульс, посланный в нужный участок мозга - и орк,
теряя сознание, тяжело осел на пол. Сейчас главное - развести их по
разным углам. Потом будет видно.
Мелькор нарочито медленно повернулся к майя, одновременно
лихорадочно ища способ смягчить удар, нанесенный по самолюбию
Сайрона.
- Я не хотел наказывать его, - проговорил Сайрон,
глядя на развалившегося по полу Болдога. – Он заслужил награду. Я
думал в конце концов простить этот нелепый случай, но...
Майя повернулся к Мелькору, серые глаза выражали глубокую
растерянность:
- Владыка, почему он старался разозлить меня, вместо того, чтобы
умолять о пощаде? Ведь не такой уж он и пропойца, на самом деле,
должен был понимать...
Сайрон помолчал и добавил:
- У меня нет с Хулгыром связи... Такой, как с Таргом... Прямое
подчинение чревато непредсказуемыми побочными эффектами. А в тот
раз я был один, спешить было некуда... – майя немного замялся. –
Может, зря я осторожничал... Все лучше, чем это, - взмах руки в
сторону бесчувственного тела. – Что скажешь, Владыка?
- Он испугался, Сайрон. Испугался настолько,
что потерял голову и начал дерзить. И не смог бы остановиться,
даже если бы захотел. Мне пришлось вмешаться – вы сами уже не
смогли бы выйти из этой ситуации без потерь. Думаю, на таких, как
Хулгыр, лучше воздействовать похвалой, чем угрозами. В нем есть
гордость. Ломать его – выйдет только хуже.
Мелькор помолчал.
- Он скоро очнется. Если хочешь, я сам с ним поговорю.
- Гордость у воплощенного, - хмыкнул Сайрон.
Майя пожал плечами, подошел к шкафу с образцами кристаллов и
аккуратно пристроил четыре алых рубина среди их каменных
сородичей. К великому сожалению Сайрона, пока в собрании
преобладало семейство синих сапфиров, разновидности того же
минерала - корунда. Но обнаружение в горах Твердыни качественных
рубинов весьма обнадеживало... Сайрон вернулся на прежнее место.
Болдог уже начал шевелиться, подергивались пальцы на безвольно
откинутой руке. Майя подумал про себя: “Гордость у воплощенного
есть глупость. Честь превыше жизни. Лучше умереть стоя, чем жить
на коленях... Это не годится для отношений с высшими существами... А
впрочем...” Он поднял взгляд на Мелькора и сказал после
недолгого раздумья:
- Владыка, ты мудр... Поговори с этим Болдогом, как считаешь нужным,
а я поучусь.
Сайрон почтительно склонил голову, отступил в сторону и сложил
руки на груди, приготовившись слушать.
Ух, это же башня повелителя волков! Похоже,
здесь тоже происходит что-то весьма серьезное. Лисичка с
любопытством оглядела вход в башню - выглядит внушительно. Хоть
никаких звуков из-за дверей не доносилось, но Лисичка чувствовала
каким-то чувством, что хозяин у себя и не один. И что случилось что-то,
о чем лучше не задумываться. Какие тайны в Цитадели!
Пойдем дальше...
Мелькор кивнул помощнику и снова уселся в
кресло, наблюдая за Хулгыром. Тот слабо пошевелился, приходя в
себя.
Мысли, четко написанные на морде: “Вроде
живой. Сразу убивать не стали. Теперь...” С видимым усилием один
глаз открылся, сделал пару оборотов и обнаружил покои Повелителя,
Владыку и самого Повелителя. Со второй попытки Хулгыр встал и
принял промежуточное положение между "смирно" и "не
грохнуться обратно".
- Орк Хулгыр готов к продолжению службы!
- Прямо сейчас - едва ли,- усмехнулся Мелькор.-
Но скоро ты почувствуешь себя лучше. Ты сказал, что готов вести
своих всадников в бой в любое время. И что твои уруки томятся от
бездействия, так? Я готов тебя выслушать, Хулгыр. Только лучше
сядь. Можно.
Он указал на стул напротив своего кресла.
Хулгыр с явным облегчением опустился на
указанное место.
- Так точно, готов! - он слегка расслабился.- Была бы война - они бы
не от бездействия томились. А так... разве что хороший марш-бросок
устроить.
- Время для войны пока не пришло, Хулгыр. Но мне
нужно, чтобы твои всадники были готовы к ней: сильны, бодры,
дисциплинированы. Ты опытный Болдог и хорошо знаешь своих бойцов,
не так ли? Твои предложения? И кстати, изложи-ка проблему с
волколачьей ямой. Для чего ты приказал ее засыпать? Почему сделал
это сам, не доложив Повелителю? Я тебя ни в чем не виню, но хочу
знать причины твоих действий.
- Осмелюсь доложить: в лесу, на расстоянии в
десять полетов стрелы от плаца, расчищена вырубка для подготовки
стрелков. В ближайшее время мы начнем делать и ставить на плацу
манекены-мишени. Сейчас их делают в кузне. Ну и текучка: полоса,
рубка... О яме: за день я потерял там шестерых бойцов. Уруков,
Владыка, не снаг! Засыпать целиком ее все равно было нечем, не
столько у нас грязи осталось после укреплений - но волков бы в яме
поубавилось. Они грязь не любят.
- Стрелки - это хорошо. Но ведь ты командуешь
всадниками, Хулгыр. А отношения с волками, как я вижу, у вас
сложные. С чем это связано? Как именно погибли твои уруки? И на что
ты рассчитывал, приказывая засыпать яму? Ну, допустим,
поубавилось бы там волков. А как, по-твоему, выглядят твои
действия, с точки зрения Повелителя Сайрона? И как ты собираешься
воевать, если у тебя в мирное время орки с волками не ладят?
- Осмелюсь доложить, у меня в бригаде волки с
орками ладят. С волколаками Повелителя - да, не очень. Мои уруки
гибли именно так - попытался честно перепрыгнуть через яму,
сорвался, - а на него уже полдесятка навалилось...
- Иными словами, яма - непосильное препятствие
для твоих уруков?
- Такой длины, как сейчас - для многих, Владыка.
- С чем это связано? Они недостаточно
тренированы? Или яма такой длины непреодолима для уруков в
принципе? Видишь ли, Хулгыр, если облегчить упражнения для твоих
воинов, они будут слабее, чем могли бы быть. А значит, у каждого из
них будет меньше шансов выжить, когда начнется война. Быть может,
имеет смысл увеличивать размеры ямы постепенно? И в конце концов
довести до нынешних? Что скажешь?
- Если упражнения резко усложнить, уруков
вообще не станет,- Хулгыр ухмыльнулся.- Укоротить яму стоит,
удлинять ее по мере освоения тоже полезно, но думаю, что до
нынешней она не дотянет. В таком размере, как сейчас... для лучших
это нетрудно, но для обычного урука слишком близко к пределу.
- Разве я говорил о резком усложнении? Мне
не нужны мертвые уруки, Хулгыр. Мне нужны сильные и хорошо
натренированные бойцы. Ты говоришь - лучшие. Я хочу, чтобы лучшими
стали все, понимаешь?
- Все - не смогут, Владыка. У меня в бригаде есть
такой Кирдык - лучший стрелок, но с короткими ногами. И что его - на
корм волколакам?
Глаза Мелькора блеснули:
- Скажи, ты так же хорошо знаешь способности каждого из своих
бойцов? Сильные и слабые стороны?
- Уруков и выше - большинство, Владыка. А снаги
есть снаги...
- Отлично, Хулгыр! Мы разделим твоих бойцов на
группы, каждая из которых будет тренироваться по своему особому
плану, с учетом сильных и слабых сторон ее членов. Требования к
каждой группе будут соответствовать этому плану. Так, чтобы
максимально использовать и развить способности каждого воина. Ну
и, разумеется, разработаем общие нормы подготовки уруков, такие,
чтобы не подвергать их жизнь опасности, но и не давать
расслабляться. Думаю, ты вполне способен разделить своих
всадников на группы и предложить отдельную программу тренировки
для каждой из них. Это ведь по силам тебе, Болдог Хулгыр?
Орк вскочил и вытянулся по стойке смирно:
- Будет исполнено, Владыка!
- Сколько времени тебе понадобится на это,
Хулгыр? Чем скорее начнутся тренировки по новой программе, тем
лучше, но чрезмерная спешка ведет к ошибкам. Итак?
На орочьей морде появилось несвойственное ей
выражение задумчивости.
- За три дня сделаю, Владыка. И хорошо бы ему полежать пару дней, а
потом посмотреть на него свежим взглядом.
- Итого, пять дней. Хорошо. Приступай, Хулгыр.
Готовый план распределения орков по группам и тренировок для
каждой группы передашь на рассмотрение Повелителю Сайрону.
Можешь идти, Болдог.
- Слушаюсь!
Хулгыр с уставным видом развернулся и ушел, не забыв закрыть за
собой дверь.
Мелькор повернулся к помощнику:
- Он боится тебя, Сайрон. Слишком боится. Настолько, что не
отважился доложить о возникших проблемах и попытался решить их
по своему разумению. А разумение у него - орочье. Думаю, если ты
будешь меньше давить на Хулгыра, от него будет больше проку.
Кстати, когда он принесет тебе новую программу тренировок, покажи
ее мне. Интересно, что у него получится.
Сайрон склонил голову:
- Слушаюсь, Владыка! Я позову тебя для обсуждения новой программы
тренировок волкавалерии, - проговорил майя, глядя в пол. И так же
продолжил после недолгой заминки:
- И я не буду давить на Хулгыра...
Он опустил голову еще ниже, но быстро выпрямился, расправил руки
по швам. Сайрон сейчас являл собой точную копию Болдога –
уставная выправка, уставное выражение лица, даже в глазах не
светилось ни одной искорки неуставного цвета.
Мелькор внимательно вгляделся в лицо
помощника. Вид майя ему определенно не нравился.
- Принимать решение по новой программе будешь ты, Сайрон. Я
хочу лишь ознакомиться с ней, и только. Видишь ли,- он улыбнулся,-
мне действительно интересно, что способен придумать орк, если
дать ему такую возможность. А этот Болдог знает своих подчиненных
и ценит их жизни. Полагаю, это достаточное основание, чтобы выслушать
его мнение. Что до твоих отношений с Хулгыром – это был совет, не
приказ. Я бы предпочел видеть этого орка живым и не покалеченным.
И я хочу, чтобы несчастных случаев на полосе препятствий было как
можно меньше. Способы, какими ты будешь этого добиваться, в
дальнейшем оставляю на твое усмотрение.
- Слушаюсь, Владыка! – четко отрапортовал
Сайрон.
Впрочем, когда Мелькор улыбнулся, маска безупречного помощника
на мгновение дала трещинку: майя моргнул, и еле заметно дрогнул
уголок плотно сжатого рта. Наконец, мысль, не дававшая Сайрону
покоя на протяжении показательной беседы с Хулгыром прорвалась
наружу. Глаза майя сузились, и он тихо спросил:
- Может, Владыка пожелает также выслушать волколаков?..
- Волколаков или их Повелителя? - невозмутимо
уточнил Мелькор.- Собственно, я как раз собирался попросить тебя
изложить твою точку зрения. Ты вновь угадал мое желание
раньше, чем я его высказал. Как только это тебе удается?
Он говорил серьезно, но в глазах поблескивали лукавые искорки.
Еле заметно.
Сайрон опять моргнул, помолчал немного и
совершенно серьезно ответил:
- Я – твой помощник. Это моя обязанность, угадывать желания
Владыки.
Майя пожал плечами:
- Мне нечего добавить к тому, что я уже высказал Хулгыру. Только...
Владыка, звери, в отличие от воплощенных, без причины не нападают,
- сказал Сайрон довольно резко, развернулся и в волнении заходил
по кабинету.
Взгляд Мелькора стал ледяным, в голосе
зазвучала сталь:
- Вот как? Нечего добавить? А скажи-ка, Сайрон, как именно ты
рассчитывал длину этой злополучной ямы? Чем руководствовался,
определяя тренировочные нагрузки для орков? Возможностями
Воплощенных или собственными? И почему с такой легкостью
скармливаешь моих солдат волколакам? Звери без причины не
нападают - но кто создает эти причины? Я отдал тебе орков, чтобы ты
сделал из них солдат, а не корм для волков. То, что ты говорил
Хулгыру, я слышал. Но меня такие объяснения не устраивают. Итак?
Сайрон остановился, сложил руки на груди. Он
ожидал недовольства Мелькора, поэтому был готов дать отпор...
- Владыка, - начал майя, - ты не можешь отрицать, что между солдатами
– орками и волколаками должны существовать отношения взаимного
уважения. Хотя бы. По-видимому, моего личного приказа тем и другим
оказалось недостаточно... А что касается ямы...
Майя задумчиво потер подбородок.
- Видишь ли, Владыка, ее длину я не рассчитывал. Это отверстие
– дыра над подземельем с волколаками. Ее сделали, как только ты...
усовершенствовал первые отряды. Чтобы волки могли видеть небо, не
покидая казарм. Когда же в крепости появились орки, некоторые из
вновь прибывших считали забавным дразнить зверей, похваляться
перед ними, прыгая взад-вперед через яму. Кое-кто даже упражнялся
в меткости кидания камнями по живым мишеням... Разумеется, они
полагали, что такое неуважительное поведение им сойдет с рук...
Сайрон пожал плечами и продолжил:
- Возможно, я сделал ошибку, что попытался решить эти затруднения,
не посоветовавшись с тобой... Разуменье у орков – орочье, даже у
лучших из них. Конечно, я не отдавал приказа, обязывавшего
преодолевать новое препятствие всех бойцов, без исключения и
без должной подготовки... Но, признаться, я рассчитывал на
несколько... несчастных случаев, которые с одной стороны, дадут
волкам возможность отомстить, а с другой стороны, научат наглецов
почтительности...
Взгляд Сайрона стал рассеянным:
- Пожалуй, крови достаточно. Я дам свое одобрение на занятия по
разным программам нагрузки. Размер ямы менять нецелесообразно,
но если перекинуть через нее бревно, то это облегчит прохождение.
А лучшие по-прежнему могут тренироваться преодолевать
препятствие одним прыжком...
- Ты слишком легко относишься к крови, Сайрон,-
поморщился Мелькор.- Уверен, что достаточно было бы правильно и
вовремя отданного приказа, чтобы раз и навсегда пресечь орочьи
забавы. А чего добился ты своей жестокостью? Взаимной ненависти и
недоверия между орками и волколаками?
Мелькор встал и быстро прошелся взад и вперед по кабинету.
Остановился напротив Сайрона, пристально посмотрел ему в глаза.
- Сколько несчастных случаев ты спровоцировал? Уж наверное не
несколько, как ты говоришь. За один только день в яме погибло
шестеро уруков. Ты получал от этого удовольствие, Сайрон? От их
боли, от их страха? Так?
Сайрон выдержал испытующий взгляд Владыки и
сказал с достоинством:
- Нет. Не так.
Майя снова принял безупречный уставной вид:
- Отвечаю на вопросы в порядке поступления. К крови я равнодушен.
Отданные мной словесные приказы не доходили до сознания
подчиненных. Своей жестокостью я добился, что орки наконец-то
начали видеть в волколаках серьезных противников, достойных
уважения, которых лучше иметь союзниками, чем врагами. Теперь
стало возможным применить иные методы воздействия и достичь
лучшего взаимопонимания. Этому послужат будущие разработки
Хулгыра, а также мои собственные планы формирования смешанных
волко-оркских бригад для отработки совместного взаимодействия.
Для начала – в охоте и разведке. Эти планы я как раз собирался
предложить твоему вниманию...
Сайрон кивком головы указал на рабочий стол и продолжил:
- Мне известно о тридцати четырех случаях падения уруков и снаг в
волколачью яму. Потери личного состава: девять орков и один
волколак. Наибольшие потери, шесть солдат плюс один волк за день,
произошли после включения препятствия в состав тренировочных
сооружений. Дальше цифры резко снижаются. Прошу обратить
внимание, среди подчиненных Тарга случаев смерти на полосе не
зарегистрировано.
Майя перевел дух:
- Владыка, я – волк и мое сердце, прежде всего, на стороне волков.
Пока меня называют Повелителем Волколаков, я не могу быть
равнодушным к их проблемам... Но я также чувствую ответственность
за Детей Искажения...
Сайрон склонил голову:
- Ты мудр, Владыка. Если ты считаешь, что я могу погубить твой
замысел...
Лицо Мелькора превратилось в бесстрастную
маску, взгляд сделался отстраненно-непроницаемым, голос теперь
звучал ровно, без тени каких-либо эмоций.
- Нет, Сайрон. Ты можешь продолжать работу. Когда будут готовы твои
планы волко-орочьих бригад? И кстати, если Тарг более успешен как
командир, возможно, Хулгыру имеет смысл у него поучиться, нет?
Разумеется, не напрямую. Незачем сталкивать их лбами. Но ведь ты
сравнивал их методы тренировки?
- Благодарю за доверие, Владыка, - произнес
Сайрон с видимым облегчением.
Майя расслабился, подошел к столу, взял стопку пергаментов:
- Планы уже готовы. Смешанные отряды по пятнадцать... бойцов. Пять
всадников, пять волков, пять волколаков. Первое задание для
охотников, начало назначено на завтрашнее утро.
Он проследовал к Мелькору, держа в руке исписанные чернилами
листки:
- Таргом я очень доволен, Владыка. Очень. Это лучший из
командиров! – гордо сказал Сайрон. – Я сразу поручил ему...
позаботиться о Хулгыре, как только племя лесных орков прибыло в
Удун. Под влиянием Тарга Хулгыр начал присматриваться к своим
бойцам, изучать и эффективно использовать возможности каждого. К
сожалению, пока Хулгыр пренебрегает снагами, но о достигших
положения уруков проявляет командирскую заботу. Он даже выдумал
для всадников специальные упражнения и особое снаряжение. Стал
уделять больше внимания распорядку и дисциплине... Я уверен... То
есть, я надеюсь, что опыт Тарга поможет Хулгыру принять правильный
взгляд на отношения с... высшим командованием.
Сайрон помялся:
- И я также надеюсь, что разногласия между орками и волколаками
прекратятся в ближайшее время...
Мелькор быстро просмотрел пергаменты и вернул
Сайрону.
- Хорошо,- он говорил все так же сдержанно, но взгляд немного
оживился.- Тарг действительно очень смышленый орк. Мне он еще в
Орокарни понравился. Прирожденный вожак, побольше бы нам таких. А
с разногласиями в армии ты справишься, я полагаю.
Он направился было к двери, но передумал. Повернулся к помощнику.
- Сайрон… Скажи, ты бы убил Хулгыра? Если бы я не вмешался?
Последний вопрос Мелькора застал Сайрона в
момент, когда тот складывал записи на рабочий стол. Майя застыл на
мгновенье, обернулся и сказал удивленно:
- Нет, конечно. Это было бы неразумно...
И добавил, чуть погодя:
- Но я бы его обязательно ударил... И честно говоря, Владыка,
если бы не твое присутствие, сделал бы это сразу, как только с его
уст слетело первое дерзкое слово!.. У меня бы он не ушел...
невредимым...
Майя пожал плечами и снова занялся пергаментами.
- Порядок во всем,- задумчиво произнес Мелькор.-
Строгая иерархия. Разумность... Скажи, Сайрон, почему ты все-таки
выбрал мой путь? Он ведь противоречит твоим принципам, нет? Я знаю,
тебя привлекает сила, ты любишь власть. И все же тебе, вероятно,
было нелегко сделать выбор?
Впервые за все то время, что он знал Сайрона, Мелькор попытался
вызвать того на откровенный разговор. Он не любил лезть в душу
своим сподвижникам – те раскрывались сами, если желали того. Но
не Сайрон. Майя был великолепным помощником: умным, энергичным,
исполнительным. Но дистанция, которую он старательно поддерживал
в отношениях со всеми обитателями Цитадели, настораживала.
Мелькор не понимал Сайрона. Не вполне понимал. И это тревожило.
Слишком важное место занимал этот Майя в жизни Удуна. Второе лицо
после самого Мелькора. Ошибиться в нем было бы слишком опасно.
Выбор... Сайрон как
стоял у стола, держа в руке очередной листок, так и застыл, уносясь
воспоминаниями в момент Выбора...
...Зазвучала первая Тема, и Айнур запели. Но один голос был самым
сильным в хоре, и вел он другую мелодию. И была в новой теме сила,
мощь и величественная красота. И младший дух, услышав ее, не желал
уже слышать иной музыки, кроме той, что заполнила целиком все его
существо. И присоединил он свой сильный голос в поддержку
старшему. И многие младшие последовали его примеру. И радовалось
песне сердце младшего духа, и ликовало! И не оставлял он темы
сильнейшего, даже когда хору задали две следующие Темы, пока в
гневе не встал Единый со своего Трона и не оборвал Музыку...
Но когда Единый произнес: “Эа!”, и открылся изумленным взглядам
Айнур новый мир, младший дух не решился сойти туда вслед за
Владыкой, памятуя о гневе Единого... Но ни одного из Валар, кому
помогал в трудах по обустройству мира и у кого учился, не называл
он своим Владыкой, ни в сердце, ни на словах. Да они и не требовали
клятвы... И только, когда ученичество завершилось, тогда же в мир
явился Владыка и обрушил в ярости Светильники Севера и Юга. Тогда
же Артано увидел в этом совпадении волю Единого и с радостью
предстал, наконец, перед истинным своим Владыкой. И сам принес ему
Клятву. И принял имя Сайрон...
Майя вернулся в настоящее. Медленно отложил пергамент,
развернулся лицом к Мелькору. Он не знал, что ответить Владыке.
Точнее – как ответить. Можно ли назвать такой выбор “простым”?
Или все-таки он был “сложным”?.. Да и другие вопросы озадачивали.
Разве Владыка не любит порядок, точность, разумность?.. Что-то
Сайрон этого не заметил... Тогда почему говорит о “противоречии
принципов”?.. Непонятно... И непонятно, почему Владыку вдруг
заинтересовали его, Сайрона, взгляды и принципы? До сих пор они
прекрасно обходились и без обменов мнениями на отвлеченные темы.
Владыка отдавал приказы, Сайрон исполнял. Как и должно... Майя
ощутил странную неловкость. Она отразилась и на его внешнем
облике. Безупречный первый помощник вдруг как-то растерялся,
смущенно заморгал:
- Владыка...
Сайрон развел руками:
- Я не знаю... Ты задал столько вопросов... Ты хочешь, чтобы я
рассказал, почему я с тобой? – он покачал головой. – Потому что
мне была по душе твоя музыка, в ней были и Сила, и Власть. Я пел с
тобой, если ты меня помнишь... И порядок ты любишь так же, как и я,
только не любишь его наводить, - мимолетная улыбка посетила
тонкие губы майя. – Мне и выбирать особо не пришлось...
- Еще бы я не запомнил того, кто первым
подхватил когда-то мою Тему! Ты не из тех, кого можно не заметить.-
Мелькор улыбнулся обезоруживающе открыто, глядя в глаза майя.-
Будь уверен, я оценил тогда твою поддержку. И потом, когда ты
присоединился ко мне в Арде, я был рад тебе, Сайрон. Тем более что я
действительно не слишком люблю наводить порядок и возиться с
мелочами.
Он помолчал и добавил уже серьезно:
- Но я говорил о другом. Ты ведь помнишь, как отнесся к моей Музыке
Эру. И знаешь, почему Тулкас явился в Арду,- в черных глазах
Мелькора на мгновение плеснулась ярость.- Как ты, приверженец
порядка и дисциплины, решился присоединиться к тому, кто вызвал
гнев самого Единого, спорил с ним при сотворении мира и ныне
продолжает во всем поступать по собственному разумению?
Мысль о возможном противостоянии ЕДИНОМУ
была невыносима!.. Лицо Сайрона исказилось гримасой страдания,
рука потянулась, чтобы ослабить ворот... Майя глубоко вздохнул:
- Ох-х, Владыка!.. На этот вопрос я и сам до сих пор ищу ответ... Все
возможные объяснения лишь перекидывают жалкий мостик над
пропастью, что разделяет со времен Айнулиндале мои сердце и разум...
Если бы и ты, Владыка, придавал строгой иерархии столько же
значения, сколько и я!.. Ведь ты не сильнее Единого... А я... Очевидно,
в мыслях Единого я был создан, чтобы служить тебе... Иначе я бы
подхватил чью-нибудь... другую... тему...
Майя говорил явно искренне, и Мелькору тут же
стало совестно, что он усомнился в помощнике.
- Я плохо умею подчиняться, Сайрон,- признался он.- Вернее сказать,
совсем не умею. Я не сильнее Эру и знаю это. Но отказаться от своей
Музыки... Этого я не смогу. Это все равно, что – перестать быть. Я
останусь верен себе. И тем, кто будет со мной. Только вот, будущее
наше может быть... сомнительным. Вполне возможно, что Тулкас –
лишь первый ход Единого.
Он умолк. В глазах читался невысказанный вопрос.
Широко раскрытые серые глаза Сайрона смотрели
на Мелькора:
- Разве Единый заставлял тебя отказаться от своей музыки? –
спросил майя, очень серьезно. – Все стало частью Замысла. А то, что
происходит здесь...
Сайрон задумчиво покачал головой:
- Здесь все как-то не так... Я должен был ступить в мир вместе с
тобой, как было в музыке, а вышло... Задержался... Но в то же время,
предпетое сбывается. Пришли Дети... А будущее... – он вздохнул. –
Оно и, правда, сомнительное. Только...
Во взгляде майя появилась обреченность:
- Твоя тема боролась со всеми. Тебе придется сражаться до
самого конца...
Сайрон опустил голову и еле слышно прошептал:
- И мне...
Мелькор неслышно пересек комнату, очутившись
совсем рядом с майя, и слегка сжал плечо помощника, впервые за все
время их знакомства рискнув сократить дистанцию, которую они оба
старательно соблюдали.
- Что ж,- сказал он спокойно,- стало быть, будем сражаться. И сделаем
все, от нас зависящее, чтобы победить. Или хоть проиграть -
достойно. Выше голову, Сайрон. Ведь исход борьбы неизвестен. То,
каким будет конец, во многом зависит от нас.
Когда Сайрон поднял глаза, перед Мелькором
снова был безупречный первый помощник: твердый взгляд, гордая
осанка.
- Да, Владыка!
Черты майя вдруг немного смягчились:
- И... спасибо тебе, Владыка... Каким бы ни был конец, мы встретим его вместе.
Мелькор посмотрел в глаза майя и улыбнулся.
Тепло и искренне.
- Вместе мы способны на многое, Сайрон.
Еще раз чуть стиснул плечо помощника, кивнул и вышел из кабинета.
Впервые без внутреннего – хотя, вроде бы, и необоснованного –
напряжения повернувшись к Сайрону спиной.
![]() |
|